Читаем Мать ученья полностью

Во-первых, что самке серого охотника совершенно не нужно весь день сидеть на своей кладке яиц — потому что она носит эти гребаные яйца под брюхом. Проклятье, это уже просто нечестно. Он берет свои слова о задании Сильверлэйк назад — это не то что легче, это куда сложнее, чем просто убить паучиху. Мало того, что яйца можно забрать лишь с трупа чудовища — так еще и нужно быть предельно осторожным, чтобы не повредить их в бою — кладка наверняка куда уязвимей, чем взрослый охотник.

И во-вторых — что паучиха подбирается все ближе и ближе к нему.

Он не сразу это заметил. Вместо того, чтобы сразу устремиться к нему, паучиха метнулась в сторону, замерла, словно прислушиваясь, вновь устремилась в как будто случайном направлении. Эти бросок-затем-пауза все повторялись и повторялись, и хоть в движениях паучихи на первый взгляд не прослеживалось никакой системы, вскоре Зориан с ужасом осознал, что чудовище с каждой секундой перемещается все ближе к нему.

То есть пауки-убийцы еще и сверхчувствительны? Что за дерьмо. Как она вообще его чувствует? Он ведь не поленился на всякий случай навесить на себя маскирующие заклятья и оберег тишины. Да, не слишком мощные, чтобы сберечь ману, но все же…

Он нахмурился. Так вот в чем дело? Серый охотник чувствует его магию. Магические существа — ее естественная добыча. Ее яд предназначен именно против магии. И, получается, у нее есть некое врожденное магическое чутье, позволяющее засечь жертву на огромном расстоянии. Его заклятья не скрывают Зориана, а наоборот выдают его. И были бы они сильнее — тогда паучиха не металась бы, пытаясь напасть на след, а мгновенно вычислила бы его местоположение.

Тогда у него проблемы. Он не может бездействовать — рано или поздно, монстр найдет его. С другой стороны, стоит ему активировать заклятье телепорта — паучиха наверняка мгновенно найдет его.

Прошло еще десять секунд. Паучиха уверенно сокращала дистанцию, в голову ничего не приходило — и Зориан решил действовать быстро и надеяться на лучшее. Глубоко вдохнув, пытаясь успокоиться, он со всей возможной скоростью начал заклинание телепорта.

Как он и боялся, серый охотник среагировала мгновенно. Стоило ему произнести первое слово заклятья, как паучиха оставила свои неуверенные метания и понеслась прямо к нему. Она вильнула в сторону, обходя россыпь высеченных на камне взрывных глифов, неким образом зная о их месте и назначении, и прыгнула боком. Вертикально приземлилась на ствол дерева и вновь прыгнула, порхая с дерева на дерево, с каждым прыжком набирая высоту, пока не подобралась вплотную к дереву Зориана.

Он успел закончить заклятье буквально в последний миг. И еще не одну ночь после ему снился подлетающий гигантский паук, тянущийся передними лапами и обнаживший для удара огромные черные клыки.

Лишь чудом пережив встречу с серым охотником, Зориан решил отложить задание Сильверлэйк на неопределенное время. В конце концов, в списке Каэла было много других людей, и может, если он придет к ней в какой-нибудь другой цикл, она даст менее самоубийственное задание.

Хоть это и весьма задевало. Мысль о том, как сильно он уступает тупому животному, напомнила ему о последнем цикле в Сиории, когда он столкнулся с Красным на руинах поселения аранеа. И то, что серый охотник, подобно аранеа, была гигантской паучихой, добавляло еще неприятных параллелей. Умом он понимал, что не стыдно проиграть твари, с которой поостереглись бы связываться даже знаменитые маги, и что он должен радоваться тому, что вообще уцелел, но его неэффективность удручала.

Весь следующий день он выслеживал ктенизидов, гигантских норных пауков — примерно того же размера, что и серый охотник, но коричневого окраса и куда менее опасных — выкуривая их из нор и убивая разными мучительными способами. Их глаза и ядовитые железы продавались куда лучше, чем шкуры зимних волков. Ему стоит почаще так делать.

Все еще в довольно мерзком настроении, он попытался выяснить, кто из списка Каэла может и согласен ему помочь. Когда он прибыл в деревеньку, где жил первый кандидат, и узнал от местных, что мага не видели уже два месяца, он не придал этому особого значения. Маг в отставке увлекался фамильярами — у него было целых шесть, плюс множество менее экзотических питомцев, и был в постоянном поиске иных редких созданий. Двухмесячное отсутствие было довольно необычным, но и не вызывало тревоги.