Читаем Мамины глаза полностью

         У подъезда кто сидит         Целый день обычно?         Кто на нас всегда сердит         И ворчит привычно?         Кто ругает снег за снег,         Дождь за дождь ругает         И, конечно, лучше всех         Все на свете знает?Бабушки, бабушки, бабушки-старушки,Бабушки, бабушки – ушки на макушке.Бабушки, бабушки, мы вас уважаем,Только как вас понять, мы, увы, не знаем.         Кто когда к кому пришел,         Кто чего нарушил —         Все известно хорошо         Бабушкам-старушкам.         Покачают головой         Строго и сурово —         И боится их порой         Даже участковый.

В любовь надо верить

Таисии Повалий

Когда на душе плохая погодаИ тучи в глазах стоят и день и ночь,Одна лишь любовь на помощь приходит,Одна лишь любовь может нам помочь,Но только в нее надо верить!Однажды пройдет затмение сердцаИ солнечный свет опять мелькнет в глазах —И сможется все, что будет хотеться,И сбудется все, что бывало в снах,Но только в любовь надо верить!Если солнце взошло за окном,Значит, и любовь вернется в дом!Если в небе взошла луна,Будет от любви нам не до сна!..Погасла свеча – затепли другую,Чтоб новый огонь согрел тебя в ночи —И ангел опять тебя поцелуетИ сбросит с небес от любви ключи,Но только в нее надо верить!

Горячий финский парень

Лайме Вайкуле

Горячий финский парень, когда мороз достал,В Бразилию приехал на местный карнавал.Горячий финский парень на мачо не похож —Но кто такие мачо, когда есть финский нож?         Мачо, ай-ай-ай,         Только не зевай:         В мире горячей         Не найти парней!Горячий финский парень до сеньорит охоч,И ждет он не дождется, когда наступит ночь.Горячий финский парень,                            холодный финский нож —Ты скоро этим мачо, что надо, надерешь.Горячий финский парень о родине забыл —Его какой-то мачо текилой угостил…Горячий финский парень звонит теперь                                                      друзьям,Передает приветы от диких обезьян.

Продавец цветов

Валерию Леонтьеву

Если б я служил в цветочном магазине,Я бы все цветы бесплатно раздавал,Пусть бы мне большие неприятности грозили,Но зато б как радовались вы моим словам:«Я не продаю цветы, я их вам дарю —Астры, гладиолусы и розы,Чтобы было вам тепло вопреки календарю,Даже в зимние морозыЯ их вам дарю».Если б я служил в цветочном магазине,То и дня бы за прилавком не сидел,Я бы уложил цветы в огромную корзинуИ по улицам ходил и непременно пел.Если б я служил в цветочном магазине,Я и ночью дверь не стал бы закрывать…Только почему-то по неясной мне причинеНе хотят меня в цветочный магазин принять.

Пепел любви

Алексею Глызину

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза