Читаем Мамины глаза полностью

Особенно мне приятно, что некоторые песни, соавтором которых я являюсь, стали визитными карточками для многих артистов, исполнивших их: для Вячеслава Добрынина это «Не сыпь мне соль на рану», для Тамары Гвердцители – «Мамины глаза», для Игоря Саруханова – «Дорогие мои старики», для Ирины Аллегровой – «Все мы, бабы, стервы», для Алексея Глызина – «Зимний сад» и «Ты не ангел», для Ирины Понаровской – «Ты мой бог», для Ярослава Евдокимова – «Колодец», этой песней он начинает и заканчивает концерт уже больше двадцати пяти лет. А под песню «Все цветы» Николай Басков обходит зрительный зал и собирает урожай букетов. Другим артистам уже не остается.

Я благодарен всем артистам, давшим жизнь моим песням, и считаю их полноправными соучастниками успеха этих произведений. Я глубоко убежден, что кроме композитора и поэта певец является полноценным «родителем» песни, потому что исполнением можно подарить песне крылья, а можно и приземлить ее, чему есть немало примеров. Так, Алла Пугачева, мало того что замечательно спела песню «Одуванчик» на мои стихи, так она еще и придумала очень глубокий видеоряд, повернувший произведение совсем другой гранью. У меня облетающий одуванчик был символом любви, не выдержавшей порывов жизненных ветров, а Алла Борисовна показала на экране призывников, которых стригут «под ноль», привнеся в песню такую пронзительную интонацию, которую я как автор и не закладывал в нее.

Я с удовольствием вспомню эти и многие другие песни, а также артистов, которые дали моим стихам жизнь, – им я их и посвящаю.


Все на свете музыка

                 Сколько музыки вокруг:                 Музыка дождей и вьюг,                 Музыка цветов и птиц,                 Музыка любимых лиц.                 Из далекой тишины                 Песни мамины слышны…                 Музыка со мной всегда,                 С ней и радость и беда.Потому что все на свете – музыка, музыка, музыка!Пробуждает на рассвете музыка и кружится                                                          над землей.Потому что все на свете – музыка, музыка, музыка!Потому что все мы дети музыки —                                             ты в себе ее открой!                 Нас уносят из гнезда                 Корабли и поезда —                 Но слышна в любой дали                 Музыка родной земли.                 Если в комнате темно,                 Распахни скорей окно:                 Музыка приносит свет,                 Тишины на свете – нет.

Дни летят

Софии Ротару

В юности кажется: жизнь бесконечнойБудет всегда —Можно мгновения тратить беспечно,Дни и года.Но незаметно полжизни проходит —Не возвратить…И невозможно ушедшие годыСнова прожить.         Дни летят,         За рассветом – закат,         За годами – года,         Дни летят…         Не забудь,         Что ни дня не вернуть,         Не вернуть никогда —         Не забудь.Пусть нам достались несхожие судьбы,Нужно суметьВыбрать дорогу и тех, кого любим,Счастьем согреть.Нужно спешить, нужно жизни навстречуСердце открыть —Жизнь так прекрасна и так быстротечна —Нужно спешить.

Не сыпь мне соль на рану

Вячеславу Добрынину

Ну почему меня не лечит время?Ведь столько дней прошло с той черной ночи,Когда, захлопнув дверь, ушла ты в темень,А рана заживать никак не хочет.Зачем звонишь, когда почти уснулиВоспоминанья о минувшей боли?Мы календарь с тобой перевернули —Так дай мне право жить своей судьбою.         Не сыпь мне соль на рану,         Не говори навзрыд,         Не сыпь мне соль на рану —         Она еще болит…Когда-нибудь еще раз позвонишь ты,И я, чтоб мы с тобою стали квиты,Тебе отвечу: «Знаешь, третий лишний…»,Быть может, полоснув по ране бритвой.

Зимний сад

Алексею Глызину

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза