Читаем Мама-смерть приходит навсегда полностью

Я выхожу ровно в половине восьмого и быстрым шагом следую по переулку. До работы- двадцать минут пешком, или,как выражаются в Горбатом, " пёхом". Вот за что можно мириться с участью жить в этом городе. Кстати, называется он -Мирный. Хотя стоило бы переименовать – в Сонный.И вообще, если кто хочет узнать, что такое "энтропия", – вэлкам!

Показываю своё удостоверение и деловым шагом устремляюсь на третий этаж, по привычке ускоряясь у второго, где располагается начальство.

Пресс-служба УВД находится в конце длинного коридора в двух кабинетах, один из них-проходной. И самый неудобный. И естественно, принадлежит младшему по чину, то есть мне.

Романа Себастьяновича на месте нет. Он является к девяти, ибо живёт в пригородной Лопуховке.

Рабочий день начинается с просмотра местной прессы. После появления интернета и блогеров, печатных изданий осталось не так уж много. По солидности и старшинству начинаю с «Вестей города Мирного».(К слову, субботний фуршет был посвящён их столетию.) Криминальную хронику они печатают обычно на последней странице. Открываю её и…жирным шрифтом – «Убийство в Горбатом переулке».

«Она сидела с размозжённым черепом и куклой в руках…»

Веки рефлекторно сжимаются. Вдох-выдох… Ты должна осилить этот текст. Это твоя работа.

Уговоры дают результат. Я читаю материал, машинально выискивая художественные преувеличения, на которые так падки газетчики. К чести еженедельника, их практически нет. Если не брать в расчёт «окровавленной кошки».

И тут внутри меня разливается холод. Публикация не была завизирована в пресс-службе. Редакция ограничилась одной-единственной ссылкой: «Как сообщает анонимный источник в правохранительных органах».

Отсюда следует, что меня ждёт разнос. Текст официальной информации должен быть значительно меньше по объёму и, конечно, не изобиловать деталями. На циферблате настенных часов-четверть девятого. Скоро появится Роман Себастьянович и начнёт с того ж е- просмотра прессы. Как объяснить утечку информации?

Я хватаю сумку и пулей вылетаю из управления. У меня полчаса, чтобы придумать себе «отмазку».

* * *

Редакция находится в старинном особняке. До революции здесь располагалось казначейство.

Знакомые ступени резной чугунной лестницы. Сколько раз Зинины ноги взбегали по ней!

В прежние времена газета, выходившая три раза в неделю, занимала весь второй этаж. Сейчас – четверть. Но как и тогда, кабинет редактора- второй по счёту. Дверная ручка поддаётся с первого прикосновения. Адаев не изменяет своим привычкам: Зину накрывает кофейный аромат. Этот напиток готовится на электроплитке, спрятанной в «аппендиците» – комнатке без окон и дверей, куда впридачу к столику втиснулся диванчик. Прежде там кемарил дежурный по номеру, если выпуск задерживался.

– Кофе будешь?