Читаем Маленький Сайгон полностью

Поравнявшись со скальной грядой, он выключил фары и поехал по широкой грунтовой дороге при свете луны. Проехал ворота, потом еще метров сто, остановил машину. Сунул пистолет под ремень, поднял капот, как будто с машиной случилась поломка, перелез через оцепление и направился к аэродрому пешком.

Скалы казались предательскими, но лунный свет показывал ему дорогу. Он поднялся на пологий холм, присел на корточки на спуске по ту сторону вершины, затем зашагал по длинному оврагу к зданию аэровокзала. Следующий холм был высок и достаточно крут, чтобы за ним можно было укрыться. Фрай лежал на теплом песке и всматривался в летное поле. Оно было такое же, как в прошлый раз: ненадежное, потрескавшееся и пустынное. Но теперь перед входом в ангар горела лампочка и были припаркованы три автомобиля: грузовичок Беннета и два пикапа. Здание аэровокзала стояло темное. За ним, сбоку от мрачной покосившейся башни, ждал вертолет. Похож на старенький «Белл» — подумал Фрай — машину для перевозки руководителей компании в часы автомобильных пробок. Тем временем двери ангара открылись, и под тусклый свет лампочки вышел вьетнамец. Он плотно задвинул за собой дверь, отрегулировал ремень своей автоматической винтовки и закурил.

Похоже было, что единственным выбором для Фрая мог стать задник ангара. Он пригнулся, спустился с насыпи и обогнул петлю. Песчаная ложбина проходила почти вдоль всей изгороди. Ветер налетал порывами, гудел в ушах, заметал песком ноги до самых лодыжек. Над головой мерцали звезды, ясные и четкие. Из-за массива песчаника он осмотрел задник ангара. Тусклый свет исходил из тех мест, где раньше были окна. Никакой охраны. Гофрированная раздвижная дверь давно сошла с направляющих и была приставлена к стене. Нижние ролики глубоко погрузились в песок, принесенный ветром из пустыни. Нет никакой возможности приблизиться скрытно. Фрай постоял, глубоко вздохнул, выполз из-за камней и пробежал на четвереньках по длинной балке, которая закончилась метрах в пятидесяти от вертолета. Он спрятался за юкковым деревом. Еще одна точно рассчитанная пробежка, и вот он у кабины пилота. Сердце Фрая молотило в грудь, кожа была горяча и суха, правая рука вцепилась в пистолет Беннета.

До ангара теперь оставалось метров тридцать. Фрай прополз их так, чтобы его не было видно из окон, и вот наконец достиг стены старого строения и припал к ней. Завывал ветер, швыряя пыль и песок в металлическую стенку. Ветви скребли по крыше. Фрай подошел к окну и застыл. В темном пространстве он сумел разглядеть очертания старого самолета с пропеллером, а также прямоугольники коробок и деревянных ящиков. А в другой части ангара откуда-то сверху шел расходившийся конусом свет. В луче мельтешила пыль. Световой конус слегка покачивался, а в центре светлого круга сидел на стуле Беннет. За его спиной стоял охранник с автоматом. У его ног находились два чемоданчика с деньгами. Беннет что-то сказал по-вьетнамски, охранник что-то рявкнул в ответ. Когда Фрай увидел Беннета в этом световом круге, одного на стуле посреди великого нигде, он почувствовал, как в нем поднимается гнев. Я слишком далеко от тебя, брат, подумал он. Слишком далеко, чтобы услышать, слишком далеко, чтобы стрелять, слишком далеко, чтобы сделать хоть что-нибудь. Остается только наблюдать. Неужели Ли правда находится здесь, или они попросту заманили сюда Бенни, чтобы взять его деньги и похоронить его в этой пустыне? Сердце Фрая стучало так громко, что он боялся, как бы это не услышал охранник.

Он отполз назад — к сломанной задней двери, и проник в ангар. Остановился у старого самолета. Цементный пол был весь покрыт пылью, но это заглушало шаги. Фрай медленно прошел под крылом аэроплана, потом спрятался за штабелем старых коробок из-под боеприпасов. Ветер снаружи лупил по стенкам. Фрай заметил, что охранник посмотрел в его сторону, затем отвернулся к Беннету. До него футов тридцать, подумал Фрай. Я могу убить его одним выстрелом. С первого раза ты даже не задел бумагу. Вся правда заключена в первом выстреле. Обычно это все, на что можно рассчитывать.

Вне светового конуса быстро двигались какие-то тени. Фрай заметил, что охранник насторожился. Потом звук шагов стал медленно приближаться к месту, где сидел Беннет. Еще доносилось легкое постукивание. Молодой вьетнамец в зеленой солдатской робе вошел в освещенный круг, посмотрел на Беннета и опять отступил в тень. Беннет вскинул голову. Фрай заметил на лице брата, вглядывавшегося в темноту, выражение крайнего изумления, словно тот не верил своим глазам. Еще звук двух шагов, медленные шаги, вновь сопровождаемые постукиванием. Появился чей-то профиль. Еще один шаг — и этот человек вошел в световой конус. Сутулая фигура, опирающаяся на палку из слоновой кости. Лицо искажено до неузнаваемости. Черные очки. Тхак и Беннет смотрели друг на друга долгое, нескончаемое мгновение.