Читаем Львиная пасть полностью

Мой ласковый сын, мой задумчивый сын:Как мал ты! Но как ты хорош!Я знаю, – а знаешь ли ты? – не одинТы век в этом мире живешь.Твои, в оторочке из шелка ресниц,Глаза из-под кручи челаГлядят на лазоревый мир без границ,Забытый тобою до тла.Души своей вольной направил ты летК чете своевольных сердец –И неба пред нами раздвинулся свод,И райский зажегся дворец.И бились единою дрожью сердец,И обе не смели взглянутьНа тот – развернувшийся им без конца,Пред ними пылающий – путь.А около них – легковейной мольбой,Нежней, чем цветочная пыль,Летал светозарный, – и сладкой тоскойИх души тревожил – не ты ль?Не ты ль сказал им о том, что «Пора.Так надо. Так хочет Господь.Печаль по земле моя слишком остра.Довольно. Да стану я – Плоть».Мой радостный сын. Мой застенчивый сын.Как мал ты! И мал и хорош!Я знаю – но знаешь и ты: не одинТы век в этом мире живешь.И кто бы ты ни был доныне, – всегдаСо мною твой образ сплетал.Наш ангел-хранитель – который тогдаС тобою – душою летал.Март 1912.

Младенцу

Благослови тебя Господь на небесах:Твой лобик выпуклый, и вскинутые глазки,Движенья нежных рук, исполненные ласки,И всех сияний дня отливы в волосах;И тельца сонного откинутый изгиб,Когда свое лицо поднимешь от подушки;И раковин ушных сквозные завитушки,И твой открытый смех, и твой – уж горький – всхлип.Будь мужествен, дитя. Пусть малодушный страхПред здешней тяготой тебе не будет ведом.Улыбкой Землю встреть, с ее кровавым бредом. –Благослови тебя Господь, на небесах.Июль 1910.

О поэте

К тебе пришел он, радостный как бог.Ты говоришь: «Вокруг него – зараза.Как под моим бестрепетным он могНе опустить трепещущего глаза!»А он тебе: «Пускай не встанет плотьПреградой замутненною меж нами!»– Сегодня на душе его ГосподьИграл эфирно-легкими перстами…1910.

Лигейя

Ligeia! Ligeia!

My beautiful one!

E. Poe, «Al Aaraaf».


«Лигейя, ты помнишь? Мой сон о тебе…»

Лигейя, ты помнишь? Мой сон о тебеВоззвал твою душу к земле;И к ней я навстречу послал – и пошлаМоя заревая душа.Лигейя, ты помнишь? Не знала ониГраницы небес и земли;Твоей я дал имя: «Полуденный Гром». –И был он моей обручен.Ты помнишь, на душу мою он смотрел,Как ангел восторжен и нем?– Под взором его, как в июне заря,Душа расцветала моя.Ты помнишь, Лигейя, они разошлись,Чтоб тайну навеки хранить.О встрече своей в этой бездне времен,– Заря и полуденный Гром?Март 1912.

«Лигейи нет. Обыкновенно…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Испанский театр. Пьесы
Испанский театр. Пьесы

Поэтическая испанская драматургия «Золотого века», наряду с прозой Сервантеса и живописью Веласкеса, ознаменовала собой одну из вершин испанской национальной культуры позднего Возрождения, ценнейший вклад испанского народа в общую сокровищницу мировой культуры. Включенные в этот сборник четыре классические пьесы испанских драматургов XVII века: Лопе де Вега, Аларкона, Кальдерона и Морето – лишь незначительная часть великолепного наследства, оставленного человечеству испанским гением. История не знает другой эпохи и другого народа с таким бурным цветением драматического искусства. Необычайное богатство сюжетов, широчайшие перспективы, которые открывает испанский театр перед зрителем и читателем, мастерство интриги, бурное кипение переливающейся через край жизни – все это возбуждало восторженное удивление современников и вызывает неизменный интерес сегодня.

Хуан Руис де Аларкон , Агустин Морето , Педро Кальдерон де ла Барка , Лопе де Вега , Лопе Феликс Карпио де Вега , Педро Кальдерон , Хуан Руис де Аларкон-и-Мендоса

Драматургия / Поэзия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия