Читаем Лунный бог полностью

Для Иисуса ясно, в какое время года наступят великие перемены, хотя неизвестен день и час, и ясно также, что они произойдут в самое ближайшее время: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят царство божие, уже пришедшее в силе»^[397]. Да, он даже велит своим ученикам отправиться в путь и разнести весть о приближении небесного царства на земле: «На путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева»^[398]. И тут Иисус поясняет, почему апостолам не следует направляться в города язычников: «Ибо истинно говорю вам: не успеете отойти от городов Израилевых, как приидет сын человеческий»^[399]. Время не терпит, нельзя терять ни минуты!

Чудесное насыщение

Согласно легенде, не только ученики спрашивали Иисуса, фарисеи также требовали от него «знамения». Это требование выглядит достаточно странным, если учесть, что Иисус совсем недавно накормил небольшим количеством хлеба многотысячную толпу. Неужели вопрошающим все еще мало, и они ждут нового чуда? Вздыхая, Иисус удалился. Апостолам же своим он объяснил после: «Еще ли не понимаете и не разумеете? Еще ли окаменено у вас сердце? Имея очи, не видите? Имея уши, не слышите? И не помните? Когда я пять хлебов преломил для пяти тысяч человек, сколько полных коробов набрали вы кусков? Говорят ему: двенадцать. А когда семь для четырех тысяч, сколько корзин набрали вы оставшихся кусков? Сказали: семь. И сказал им: как же не разумеете?»^[400].

Если перечитать эти строки Евангелия со вниманием, нельзя не заметить, что не в чуде увеличения небольшого количества хлеба и насыщения толпы смысл происходящего, а в значении чисел, которые называет Иисус апостолам. Вся постановка вопросов Иисуса и ответов апостолов подчеркивает значение названных в диалоге чисел. В них, по-видимому, и скрывается тайна, в их правильном истолковании содержится «знамение неба». Иисус из Назарета призывает своих учеников вспомнить цифры и заставляет их повторить: пять хлебов на пять тысяч, и остаток — двенадцать. Затем семь хлебов на четыре тысячи, и остаток — семь. В этих числах небесное знамение; в них заключено тайное известие о сроке пришествия царствия небесного, а не о чуде никогда и не происходившего насыщения нескольких тысяч людей несколькими хлебами!

И когда апостолы остаются глухи к его разъяснениям, Иисус, видя, что смысл его слов не дошел до их сознания, с горечью говорит: «Как же не разумеете?».

Что же представляют собой эти числа: 5 + 7 = 12 хлебов на девять тысяч? Только для того чтобы несколько усложнить легкую загадку, эти цифры разложены на два приема, на два чудодейственных насыщения. Итак, девять тысяч на двенадцать частей (хлебов). На каждый «хлеб» приходится семьсот пятьдесят — чего же?

По-видимому, имеется в виду девять тысяч лет, взятых из иранского вероучения о веках: каждый мировой месяц продолжается семьсот пятьдесят лет. По иранскому летосчислению, мировой месяц длится не тысячу лет, а семьсот пятьдесят, следовательно, четыре таких мировых месяца составляют три тысячи лет. Таким образом, Иисус из Назарета сознательно или бессознательно опирается на иранское религиозное летосчисление. Недаром он был родом из Галилеи, которая после разгрома Израильского северного царства стала пристанищем переселенцев с Востока. Жители Иерусалима называли родину Иисуса Галилеей языческой.

Если мировой месяц длится семьсот пятьдесят лет, то, спрашивается, когда же начался и когда кончится последний из них? И на этот вопрос в Евангелии есть ответ: осталось двенадцать и семь корзин с кусками хлеба и пара рыбок. Что же это, как не девятнадцать земных лет и несколько месяцев (рыбок)? По прошествии этих лет начнется новое время, наступит царство небесное. Эти девятнадцать лет с несколькими месяцами — последний срок, который надлежит переждать. По-видимому, здесь аналогия с известным на Востоке високосным циклом, продолжающимся девятнадцать лет. Только в этом тайна рассказа о чудодейственном увеличении количества хлеба, здесь скрывается сокровеннейшее известие о грядущем изменении мира. Именно в этом положении содержится самый интересный и важный мотив всего мессианского движения Палестины. Ибо, если до конца семисотпятидесятилетнего мирового месяца осталось всего девятнадцать земных лет и несколько месяцев, то в истории Палестины можно обнаружить те знаменательные моменты, которые помогут определить начало этого последнего месяца мира. Итак, нужно оглянуться на время, близкое к 700 году до н. э.

Движение Хреста