Читаем Ллойд (СИ) полностью

А теперь вот еще и плачущая тетя. Надо будет посоветоваться с Мертимером, или с Лерусом. А еще лучше с ними обоими.

Мертимер, как и ожидалось, никаких отклонений в организме Алины не обнаружил. Лерус тоже, после нескольких пассов только руками развел. Потом научил ее нескольким магическим фокусам, и это как ни странно помогло. Пока девочка с присущей ей настойчивостью, демонстрировала свои магические умения пассажирам и экипажу, она заметно взбодрилась, повеселела. Непроизвольно веселели и лица глядящие на нее. В душе стали уже зарождаться надежды на то, что все постепенно станет как раньше.

Однако, приехали.

В полном смысле этого слова. Когда мы с Мертимером, протерев глаза и наспех пожелав друг другу доброго утра, вышли на палубу, первое, что бросилось в глаза, это многолюдье, необычное в столь ранний час. Потом пришло осознание того, что мы не движемся, а по обеим сторонам от нас стоят два, угрожающего вида фрегата.

- Крепкий же у вас сон, господа - к нам с доктором подошел Лорд Глэвен, который, судя по его виду, был давно уже на ногах. - Крепкий сон, сам по себе, безусловно, хорош, но именно благодаря нему, вы пропустили многого интересного. И, прежде всего, спешу уведомить вас, мы на Альбе.

Очень скоро мы с доктором осознали это. Очень уж необычно быстрый здесь был ритм жизни. Пока, мы с Мертимером спокойно спали в блаженном неведении, произошло столько событий, что восстанавливать их хронологическую последовательность, не было никакой возможности. Тем более, что новые события, происходящие с калейдоскопической быстротой, успевали сменить предыдущее. И в свою очередь заменялись последующими.

Судя по всему, нас ждали. Едва лишь наш корабль приблизился к границе порта, навстречу ему из утренних сумерек выплыл мощный фрегат, недвусмысленно подчеркивая собой, морскую мощь Альбы. Прибывший на фрегате, лоцман отвел "Дочь океана" на место стоянки, где она и встала на носовой якорь. Очень скоро к нам на палубу три фигуры в длинных ярко-малиновых одеждах непривычного покроя.

Старший из них, представившийся первым жрецом Альбы, вежливо, но твердо попросил предъявить ему Самияр. Он пристальным взглядом долго смотрел на камень, не трогая его руками, затем едва заметно улыбнулся, подтвердил его подлинность и отбыл на берег.

Вот все это мы с доктором и проспали. А, тем временем, вместе с разгорающимся днем, продолжала закипать и деятельность вокруг "Дочери океана". К ее борту пришвартовали небольшой двухмачтовый парусник и попросили всех пассажиров и экипаж перейти на него, взяв с собой наиболее ценные вещи. Кроме нас с Седдоном, который по-прежнему, продолжал прижимать Черный рубин к себе. Да еще и доктора, куда-то увели, подчеркнуто вежливо сопровождавшие его два жреца.

После короткого разговора, пропал куда-то и серый маг, посоветовавший нам не беспокоиться, и пообещавший, что ни с кем из нас ничего плохого не случиться. Думаю, что нас с Седдоном он как раз и не имел в виду, просто не стал это уточнять.

Местный ритм жизни продолжал удивлять. Вот, представьте себе бегуна, только что , завершившего долгую и трудную дистанцию и тут же начинающего новый забег. Нелепость какая-то. А здесь все именно так и происходило. Пока я глазел по сторонам, пришвартованный к борту парусник успел отчалить. На борту остались лишь Самуэль, капитан Рэнд, лоцман и несколько матросов. Ну и само собой мы с Седдоном.

"Дочь океана" выбрала якорь и медленно на одних кливерах начала свое последнее плавание. Парусник и еще какие-то мелкие суда последовали за нами. А на некотором расстоянии от всех полдюжины грозных фрегатов. Боятся, наверное, что еще раз украдем Самияр, мелькнула в голове мысль. Мелькнула и пропала, делиться ей, я разумеется ни с кем не стал.

Мы шли медленной процессией, готовящей нашу белоснежную красавицу к принесению в жертву. Тут не место спешке. Тут место совсем другим чувствам.

Наконец, далеко, впереди, показались острые зубья скал, тех самых, о которые мы с Седдоном разбили ни в чем не повинную маленькую бригантину.

- Ну, как чувствуешь неотвратимость возмездия - зло пошутил я.

Седдон не ответил, он смотрел прямо перед собой и улыбался. Прямо оторопь берет, глядя на него.

В это время лоцман отдал какой-то приказ, какой именно, я не расслышал, но смысл его был т так понятен. Пока матросы спускали шлюпку и медленно садились в нее вместе с лоцманом, капитан Рэнд зафиксировал рулевое колесо. А, потом мы обнялись. И с Самуэлем и с Рэндом. Кто знает, не в последний ли раз.

Когда, наконец, шлюпка, оттолкнувшись от борта начала постепенно отставать от "Дочери океана", я внезапно успокоился. Там впереди нас ждет неизбежный удар о скалы. Удар, к которому я шел всю свою жизнь. И каким я подошел к этому моменту, таким и примет меня океанская пучина.

- Ну, ты, жрец Самияров, давай, обнимемся что ли, на прощанье -повернулся я к Седдону. И мы обнялись.