Читаем Любимые полностью

Темис остановилась возле киоска прочесть заголовки. Некоторые объявляли, что Никос Белояннис, один из лидеров Демократической армии, должен через несколько месяцев предстать перед судом. Гонения продолжаются, подумала Темис, даже теперь.

Другие имена в заголовках были ей незнакомы. Шагая по улице Патисион, она поняла, что поменялись не только политики, но и мода. Темис остановилась возле магазина одежды. Она, в отличие от Маргариты, никогда не обращала внимания на свою внешность, но понимала, что выделяется среди жителей Афин: в бабушкином теплом платье и с кое-как обкромсанными волосами. Темис пообещала себе, что в ближайшие дни потратит несколько драхм на визит к парикмахеру.

От тяжести ребенка на руках у Темис заныла спина. Она немного успокоилась и подумала, не пойти ли домой. Возможно, Танасис и бабушка успокоились.

Приблизившись к парадному входу, она увидела торопившуюся к ней бабушку. Та улыбалась, хоть и слегка натянуто.

– Pedimou, – задыхаясь, сказала она. – Дитя мое. Мне так жаль. Что же мне сказать? Видишь, как он злится. Так быстро вспыхивает. Даже хуже, чем раньше.

– Йайа, я тоже разозлилась. Прости, но мне нужно было уйти…

– Сейчас он спит. Но я подумала, может, нам сходить куда-нибудь вместе. Ты даже ничего не поела.

– Я не голодна.

– Но нужно покормить малыша.

– У него все хорошо. Он еще не понимает, что происходит.

– Он такой сладкий ребенок. – Кирия Коралис легонько потеребила его за щеку. – Дальше по переулку есть маленькая таверна. Там вкусная домашняя кухня. И я прослежу, чтобы ты поела, иначе пострадает и малыш.

Для своих восьмидесяти лет кирия Коралис шла довольно уверенно. Она не нуждалась в трости, и Темис подивилась ее подвижности.

В небольшой таверне было многолюдно, сюда пришли пообедать в основном мужчины. Кто-то поднял голову при виде вошедших женщин, но большинство продолжали поедать рагу из баранины, блюдо дня. Они не заметили Ангелоса, спавшего у Темис на руках.

Официант принес хлеба, и Темис вздрогнула, когда он случайно задел ее руку.

Через минуту он принес две тарелки рагу, а когда заметил ребенка, то вернулся с небольшой миской и чайной ложечкой. Впервые за долгие месяцы Темис видела, что мужчина проявил к ней доброту.

– Efcharistó polý, – сказала она с оживлением. – Большое спасибо. Очень мило с вашей стороны.

– Hará mou. – Официант улыбнулся в ответ. – На здоровье.

Все трое принялись за еду. Ангелос впервые попробовал мясо. Хотя ему давали небольшие кусочки, но по оживлению ребенка стало ясно, что он хочет добавки. Он с аппетитом поглощал густую подливу и соленый картофель.

– Только посмотри на него, йайа!

– Я еще не видела более счастливого малыша!

– Хочу, чтобы он помнил свое детство счастливым!

– Вкусное сочное рагу и картофель? – засмеялась старушка.

– Да, – громко сказала Темис. – И улыбку моей бабули.

Опустошив тарелки и вычистив их кусочком хлеба, они еще немного посидели. Темис не спешила возвращаться домой.

Кирия Коралис словно прочла ее мысли.

– Танасис скоро привыкнет к тебе, – сказала она, подбадривая Темис. – И перестанет обращать внимание.

– Его взгляды не изменятся, так ведь?

– Взгляды обычно не меняются, агапе му.

– Тогда, полагаю, нам придется как-то терпеть друг друга, – сказала Темис. – Только на это я и могу рассчитывать.

– А еще у тебя есть малыш! – напомнила внучке кирия Коралис.

– Я уже знаю, какими будут его политические взгляды!

– Не будь такой уверенной, – проговорила кирия Коралис. – Ты и твой отец – прекрасный тому пример. Политические взгляды не передаются по наследству. Вас было четверо, и какие вы все были разные!

На глаза Темис навернулись слезы. За последние дни нужно было многое обдумать, и на нее вновь нахлынуло осознание того, что Панос мертв.

Кирия Коралис увидела печаль внучки и положила руку поверх ее ладони:

– Жаль, что мы не можем и вовсе обойтись без политики.

Темис изобразила улыбку. Трудно было представить мир без политики, даже с учетом того, как кирия Коралис всегда старалась обойти этот вопрос стороной.

– Политика разрушила нашу страну, – сказала кирия Коралис.

Она была права. Политики разрывали Грецию на части.

– Может, греки просто неукротимый народ, – задумчиво проговорила Темис.

Они обе наслаждались теплом ресторана, вдыхая ароматы, идущие с кухни, где с плиты снимали только что приготовленные блюда. Атмосфера мигом изменилась при упоминании о войне.

Официант забрал тарелки. Владелец закрывал заведение на час перед притоком вечерних посетителей.

– Теперь нам нужно купить вещи для Ангелоса и пару платьев тебе, – радостно сказала кирия Коралис. – В этом месяце у меня остались средства от тех денег, что дает мне Танасис. Государство щедро платит ему, и вот на что мы должны потратиться.

Темис оживленно приняла это предложение.

– А на обувь хватит?

– Конечно.

Темис подумала, что в следующие месяцы ей потребуются крепкие ботинки. Она предвидела долгие пешие прогулки и в подходящий момент собиралась рассказать обо всем бабушке.

После этого они целый час посвятили покупкам.