Читаем Ктулху полностью

Все поколения существ в пространствах трех измерений и все стадии роста одной-единственной личности, понял он, – не более чем воплощения извечного прообраза, находящегося в безмерном пространстве. Каждый представитель уходящего в глубь веков рода – сын, отец, дед и так далее – и каждый возрастной период человека – младенец, ребенок, подросток, мужчина – лишь одна из фаз этого надстоящего вечного существа, зависящая от смены угла сознания и плана восприятия. Рэндольф Картер в любой год своей жизни, Рэндольф Картер и его предки, люди и их предтечи, земляне и жители иных планет – всего лишь разные фазы абсолютного, вечного «Картера» вне времени и пространства, призрачные проекции, различие между которыми определяется сменой угла восприятия и рассечения прообраза планом сознания.

Крохотное изменение угла способно превратить сегодняшнего великого посвященного в ребенка, каким он был много лет назад, превратить Рэндольфа Картера в колдуна Эдмунда Картера, бежавшего в 1692 году из Салема в холмистую местность за Аркхемом, или в Пикмена Картера, который в 2169 году сыграет важную роль в отражении натиска монгольских орд, собирающихся завоевать Австралию; превратить Картера-человека в обитавшего в Гиперборее и поклоняющегося черному идолу Тзатоггуа инопланетянина, прибывшего с Китамила, двойной планеты, некогда вращавшейся вокруг Арктура; превратить Картера-землянина в еще более далекого предка, обитателя самого Китамила или внегалактической планеты Стронти, или в четырехмерный летучий разум в более древнем пространственно-временном континууме, или в растительный мозг будущего с черной радиоактивной кометы, несущейся по немыслимой орбите, и так далее в бесконечность космического цикла.

Прообраз, гулко вещали мыслеволны, это типичный представитель обитателей Предельной Бездны – они не имеют формы и не поддаются описанию, и лишь редкие провидцы из миров с малым числом измерений способны догадаться об их существовании. Самое главное среди них – само Сущее… которое и является прообразом Картера. Вот причина того, почему Картеры испокон веков стремились раскрыть запретные тайны космоса. Все великие колдуны, великие мыслители и великие художники – воплощения этого прообраза.

Потрясенный этим откровением, Картер ощущал какой-то пугающий восторг и был готов преклониться перед трансцендентной сущностью, от которой он сам происходил. Мыслеволны опять стихли, и наступившее безмолвие заставило его задуматься о странных дарах, еще более странных вопросах и уж совсем странных ответах. Ему не удавалось сосредоточиться, чтобы оценить величие открывшихся ему новых перспектив. Если все поведанное ему Сущим правда, то, изменив угол сознания, он может во плоти побывать в далеких эпохах и областях Вселенной, которые прежде видел лишь во сне, но для этого надо овладеть искусством изменения угла. Поможет ли ему в этом серебряный ключ? Он ведь уже смог превратить его из мужчины, живущего в 1928 году, в мальчика из 1883 года, а потом помог выйти за пределы времени. Как ни странно, но, утратив телесную оболочку, Картер все же знал, что ключ находится у него.

Поскольку безмолвие все еще продолжалось, Рэндольф Картер обратился со своими тревогами к Сущему. Картер знал, что здесь, в предельной бездне, он в равной степени удален от любых граней своего прообраза – и с лицом человека, и неведомой твари, земнородного или родившегося на иной планете. Его снедало любопытство, и он хотел узнать о разных своих фазах, в особенности об отстоящих от 1928 года далеко во времени и пространстве, а также о тех, которые видел в сновидениях. Он не сомневался, что великий и извечный прообраз способен перенести его во плоти в любую из этих фаз, путем изменения плана его сознания, он страстно мечтал о новом чуде, и ему не терпелось побывать в загадочных и необычных уголках Вселенной, которые прежде он видел лишь фрагментарно.

Для начала он попросил Сущее помочь ему попасть в призрачный фантастический мир с пятью разноцветными солнцами, незнакомыми созвездиями и головокружительными черными скалами, в мир, где обитают похожие на тапиров существа с клешнями, высятся причудливые башни, где прорыты ведущие неизвестно куда туннели, а сверху парят цилиндры. У него было смутное ощущение, что эта планета лучше всего подойдет для переходов в другие миры, а кроме того, обосновавшись на ней, он сможет совершить путешествия на планеты, с которыми издавна торговали клешнерукие. Страха у него не было ни малейшего. Как и во всех прочих сложных ситуациях в его жизни, любопытство и в этот момент возобладало у Картера над остальными чувствами.