Метания его мыслей были прерваны тем, что некая сила забросила объятого ужасом Картера – тот его фрагмент, что пребывал за вратами, – на пик еще более высокого ужаса. Источник его находился как в нем самом, так и преимущественно вовне, а сила эта одновременно и противостояла ему, и поддерживала его, присутствовала во всех его воплощениях, словно была частью его самого, сосуществовала с ним во всех временах и пространствах. Не имея зримого образа, она тем не менее обладала объективным существованием, и всепоглощающая мощь ее вызывала трепет и сознание своего ничтожества у каждого из бесчисленных двойников Картера.

Вознесенный на волну нового страха, квази-Картер забыл о только что пережитом ужасе от распада собственного «я». Он осознал силу Всего-в-Одном и Одного-во-Всем в безграничности бытия и существования, заключающего в себе не только время и пространство, но и все мироздание с безмерностью его характеристик, превосходящей любые фантазии и модели математиков и астрономов. Возможно, именно это в древности жрецы тайных культов называли Йог-Сототом и передавали это имя шепотом из уст в уста; ракообразные обитатели Юггота почитали как Запредельное Существо, а призрачный разум спиралевидных туманностей обозначал непереводимым знаком, – но множественный Картер понимал, сколь относительны и неточны все эти определения.

И вот Сущее обратилось к множественному Картеру, направляя ему мыслеволны, пышущие ярким пламенем и гремящие раскатами грома, – сгустки энергии, едва не разрушившие его свой неистовой силой, но при этом в них прослеживался тот же неземной ритм, в такт которому раскачивались Древние и мерцали их нимбы в том загадочном месте после Первых Врат. Словно бы множество солнц, миров и вселенных сосредоточились на одной точке, чтобы уничтожить ее в порыве гнева. Однако этот величайший страх полностью затмил предыдущие его страхи, его обжигающие волны изолировали Картера Завратного от его двойников и отчасти вернули ему ощущение собственного «я». Довольно скоро он смог прислушаться к накатывающим на него волнам и транслировать их в понятные ему речевые формы, и тогда ужас и отчаяние понемногу начали опадать. Страх уступил место благоговению, а то, что недавно казалось кощунственным извращением, на поверку оказалось невыразимо величественным.

– Рэндольф Картер, – словно бы говорилось ему, – мои представители на твоей планете, Древние, прислали тебя сюда, хотя тебе предстояло вернуться в излюбленные уголки своих утраченных грез, ибо ты, обладая неведомой многим людям свободой, возвысился до более великих и благородных желаний и поисков. Ты жаждал плыть по златоструйной реке Укранос, отыскивать заброшенные города в орхидейных дебрях Кледа и взойти на опаловый трон Илек-Вада с его бесчисленными куполами и сказочными башнями, грандиозно вздымающимися к единственной алой звезде на небосводе, чуждом твоей Земле и вообще твоему миру. Сейчас, преодолев двое Врат, ты наверняка мечтаешь о нечто еще более грандиозном. Ты явно не сбежишь, как ребенок, если увиденное не совпадет с твоими любимыми снами, а найдешь в себе мужество принять сокровенные тайны, лежащие в основе этих видений и снов.

Мне по душе твои устремления, и я готов даровать тебе то, что даровал одиннадцати существам с твоей планеты, из которых только пять можно назвать людьми или подобными человеку. Я также готов открыть тебе Предельную Тайну, знакомство с которой губительно для слабых духом. Однако прежде чем ты познаешь эту последнюю – и самую первую – из тайн, подумай и сделай свой выбор. Ты пока что способен вернуться назад, не сняв пелену, закрывающую глаза.

V

Мыслеволны внезапно стихли, оставив Картера в одиночестве и внушающей ужас тишине, полной ледяного безмолвия. Можно было подумать, что во все стороны от него простирается лишь пустота, но неутомимый искатель знал, что Сущее по-прежнему здесь. Спустя мгновение он нашел слова для послания, которое мысленно отправил в бездну:

– Я принимаю это. Я не отступлю.

Мыслеволны вновь стали накатывать на него, и Картер понял, что Сущее услышало его. Безграничный разум сразу же направил ему целый поток информации и пояснений, распахнувший перед ним новые горизонты, позволяющий охватить мысленным взором недоступные раньше сферы космоса. Он узнал, насколько наивны и ограниченны его представления о трехмерном мире и что существует великое множество иных направлений помимо известных всем «вверх-вниз», «вперед-назад», «направо-налево». Ему была наглядно продемонстрирована мелкость и ничтожность земных богов с их жалкими человеческими пристрастиями – ненавистью, гневом, любовью и тщеславием, жаждой поклонения и жертвоприношений – с их претензиями на слепую веру почитателей вопреки рассудку и природе.