Читаем Ктулху полностью

Его пребывание на Йаддите само по себе заслуживает долгого и подробного рассказа, – проговорил свами; в его неестественном голосе появились хрипы, свидетельствующие об усталости. – Он много путешествовал, посетил планеты Стронти, Мтура и Кат, другие миры в двадцати восьми галактиках. Картер облетел эти галактики в двигающейся на световом луче капсуле, какими пользовались обитатели Йаддита. С помощью серебряного ключа и символов, известных магам Йаддита, он совершал путешествия на эоны в прошлое и проникал в будущее. Ему приходилось вести тяжелую борьбу с мерзостными белесыми дхолами в древних туннелях, избороздивших Йаддит. Немало дней он провел в библиотеках, изучая мудрые откровения десяти тысяч существующих и угасших миров, беседовал с лучшими умами Йаддита, в том числе и с архидревним Буо. Зкауба никому не рассказывал, что произошло с его «я», но когда на первый план выступала частица Рэндольфа Картера, она думала только о возвращении на Землю и неустанно искала способы воплощения в прежний, человеческий облик, вспоминала забытые слова человеческой речи и старалась произносить их вслух, хотя гортань клешнерукого существа для этого годилась плохо.

Частица Картера вскоре с ужасом установила, что серебряный ключ не в состоянии вернуть ей человеческое обличье. Слишком поздно догадалась она, соединив обрывки видений и сведения из манускриптов мудрецов Йаддита, что ключ, изготовленный на Земле, в Гиперборее, мог изменять лишь угол наклона плана человеческого сознания. Однако это позволяло использующему ключ лишь путешествовать во времени, не меняя своей телесной оболочки. Существовали дополнительные заклинания, значительно расширявшие возможности серебряного ключа, но об этом когда-то, в давние эры, знали на Земле, а магам с Йаддита они были неведомы. Все необходимые подсказки содержались в нерасшифрованном пергаменте, лежавшем в резной шкатулке вместе с серебряным ключом, и Картер теперь горько сетовал, что не захватил его с собой. Недостижимое теперь Сущее предупреждало о том, что ему следует хорошо помнить свои символы, полагая, что он успел их изучить.

Довольно продолжительное время он без устали старался использовать все чудовищное величие премудрости Йаддита для возвращения к бездне и всемогущему Сущему. С обретенными теперь знаниями он почти наверняка мог бы расшифровать письмена загадочного пергамента, но такие способности без самого пергамента казались горькой насмешкой. Однако порой частица Зкаубы оттесняла его из сознания, Картер забывал о Земле и успокаивался.

Проходили долгие века и тысячелетия – настолько продолжительные временные периоды не в силах осознать человеческий разум, но обитатели Йаддита по нашим меркам считались бы сверхдолгожителями. После многих революций, бунтов одной личности и подавлений их другой частица Картера в целом возобладала над частицей Зкаубы, и Картер вплотную засел за расчеты расстояния, отделяющего Йаддит от Земли, и времени, которое должно занять его возвращение. Цифры оказались поистине колоссальными – эоны световых лет! – но усвоенная Картером премудрость йаддитов дала ему возможность рассчитать все довольно точно. Кроме того, он много спускался на Землю в своих видениях и узнал о нашей планете много нового и доселе неизвестного. Однако увидеть записанное на пергаменте таким способом ему так и не удалось.

Наконец у него созрел план отчаянного побега с Йаддита, что случилось после того как он нашел зелье, способное усыплять частицу Зкаубы, не затрагивая при этом ни его воспоминаний, ни познаний. Он задумал отправиться в путешествие в двигающейся на световом луче капсуле, на какое не отважился бы ни один из обитателей Йаддита – телесно переместиться через бесчисленные эоны и необозримые просторы Вселенной к Солнечной системе и Земле.

Оказавшись на Земле, пусть даже в обличье инопланетянина с клешнями, он будет иметь возможность отыскать лист пергамента, оставленный им в машине неподалеку от Аркхема; заполучив же его, он сможет с помощью серебряного ключа вернуть себе человеческий облик.

Перейти на страницу:

Все книги серии Лавкрафт, Говард. Сборники

Собрание сочинений. Комната с заколоченными ставнями
Собрание сочинений. Комната с заколоченными ставнями

Г. Ф. Лавкрафт не опубликовал при жизни ни одной книги, но стал маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека — на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас. Данный сборник включает рассказы и повести, дописанные по оставшимся после Лавкрафта черновикам его другом, учеником и первым издателем Августом Дерлетом. Многие из них переведены впервые, остальные публикуются либо в новых переводах, либо в новой, тщательно выверенной редакции. Эта книга должна стать настольной у каждого любителя жанра, у всех ценителей современной литературы!

Август Дерлет , Говард Лавкрафт , Август Уильям Дерлет

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Зов Ктулху
Зов Ктулху

Третий том полного собрания сочинений мастера литературы ужасов — писателя, не опубликовавшего при жизни ни одной книги, но ставшего маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека — на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас.Все произведения публикуются либо в новых переводах, либо в новой, тщательно выверенной редакции, — а некоторые и впервые; кроме рассказов и повестей, том включает монументальное исследование "Сверхъестественный ужас в литературе" и даже цикл сонетов. Эта книга должна стать настольной у каждого любителя жанра, у всех ценителей современной литературы!

Говард Лавкрафт

Ужасы
Ужас в музее
Ужас в музее

Г. Ф. Лавкрафт не опубликовал при жизни ни одной книги, но стал маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека — на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас. Данный сборник, своего рода апокриф к уже опубликованному трехтомному канону («Сны в ведьмином доме», «Хребты безумия», «Зов Ктулху»), включает рассказы, написанные Лавкрафтом в соавторстве. Многие из них переведены впервые, остальные публикуются либо в новых переводах, либо в новой, тщательно выверенной редакции. Эта книга должна стать настольной у каждого любителя жанра, у всех ценителей современной литературы!

Говард Лавкрафт

Мистика

Похожие книги

Ада, или Отрада
Ада, или Отрада

«Ада, или Отрада» (1969) – вершинное достижение Владимира Набокова (1899–1977), самый большой и значительный из его романов, в котором отразился полувековой литературный и научный опыт двуязычного писателя. Написанный в форме семейной хроники, охватывающей полтора столетия и длинный ряд персонажей, он представляет собой, возможно, самую необычную историю любви из когда‑либо изложенных на каком‑либо языке. «Трагические разлуки, безрассудные свидания и упоительный финал на десятой декаде» космополитического существования двух главных героев, Вана и Ады, протекают на фоне эпохальных событий, происходящих на далекой Антитерре, постепенно обретающей земные черты, преломленные магическим кристаллом писателя.Роман публикуется в новом переводе, подготовленном Андреем Бабиковым, с комментариями переводчика.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Владимир Владимирович Набоков

Классическая проза ХX века
Ставок больше нет
Ставок больше нет

Роман-пьеса «Ставок больше нет» был написан Сартром еще в 1943 году, но опубликован только по окончании войны, в 1947 году.В длинной очереди в кабинет, где решаются в загробном мире посмертные судьбы, сталкиваются двое: прекрасная женщина, отравленная мужем ради наследства, и молодой революционер, застреленный предателем. Сталкиваются, начинают говорить, чтобы избавиться от скуки ожидания, и… успевают полюбить друг друга настолько сильно, что неожиданно получают второй шанс на возвращение в мир живых, ведь в бумаги «небесной бюрократии» вкралась ошибка – эти двое, предназначенные друг для друга, так и не встретились при жизни.Но есть условие – за одни лишь сутки влюбленные должны найти друг друга на земле, иначе они вернутся в загробный мир уже навеки…

Жан-Поль Сартр

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Раковый корпус
Раковый корпус

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный «навечно» в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.В основе повести – личный опыт и наблюдения автора. Больные «ракового корпуса» – люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

Александр Исаевич Солженицын

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХX века