Читаем Крёстный сын полностью

Ив не раз видела творения этого художника иглы и нити на придворных дамах. Он ухитрялся даже самую невзрачную особу превратить не только в первую красавицу, но еще и в весьма сексуальную штучку.

-- Судьба мальчишки в его собственных руках, -- пожал плечами Правитель. -- Ну, и тебе советую вести себя правильно. К сожалению, я должен подвергнуть его этому испытанию.

-- Меня мало интересует кто из вас кому должен. Я подумаю над вашей просьбой, если вы выполните мою. Надеюсь, вы не забыли об обещании исполнить одно мое желание?

-- Ну и что же ты хочешь?

-- Я хочу, чтобы ваш крестник обучил меня владеть мечом.

Правитель расхохотался.

-- Шпионишь теперь в Тренировочном зале? Ты уже просила как-то об уроках боя на мечах. Помнишь, что я тебе ответил?

-- Прекрасно помню. Вы сказали: зачем корове седло?

-- Повторить еще раз?

-- Можете повторять хоть до утра, если угодно. Бурчите себе под нос на балу, может, кто-то из многомудрых придворных и ответит на этот сакраментальный вопрос. Но если вы не выполните моей просьбы на этот раз, я не буду на весеннем балу обжиматься с вашим драгоценным крестником.

-- Какая же ты все-таки дерзкая тварь!

Ив поджала губы и не ответила. Она давно привыкла к грубости отца и научилась не обращать внимания на его оскорбления.

-- Хорошо, я выполню твое желание, -- с неохотой ответил Правитель, -- при условии, конечно, что Филип выдержит испытание. И еще: я не могу заставить его обучать тебя, если он сам не захочет.

-- Мне достаточно вашего слова. Что же до молодого герцога, думаю, он возражать не будет.

-- Посмотрим, -- ответил Правитель, забавляясь про себя самоуверенностью дочери и ее надменным тоном. -- Готовься к балу.

III

Для Ив снова потянулись дни ожидания, отравленные наблюдениями за мучениями Филипа, который после их встречи стал ей по-настоящему дорог. Молодой человек почти перестал общаться с Правителем и ходил только в Тренировочный зал, а вечера проводил, напиваясь в казармах, или сидя в тайнике у ручья. Его все время тянуло туда, хотя он сам боялся себе в этом признаться. Однажды он даже провел там ночь, но никакие видЕния его больше не посещали. К концу той последней недели воздержания Филип всерьез стал задумываться о побеге. Однажды вечером Ив наблюдала за ним, когда он вернулся из сада и опять без сна валялся на постели. Ее месячные подходили к концу, и она рассчитывала завтра или, в крайнем случае, послезавтра провести со своим избранником ночь. Филип метался по кровати и иногда что-то неразборчиво бормотал, скорее всего, ругался. Вдруг он сел и отчетливо произнес:

-- Кто бы ты ни была -- ангел, демон, женщина, призрак -- я жду тебя еще сутки, больше выдержать не смогу. Если я тебе зачем-нибудь нужен, объявись до завтрашней полуночи.

Сказав это, он снова лег, устроился поудобнее и стал, наконец, проваливаться в сон, в полудреме ругая себя за идиотские разговоры с пустой комнатой. Ив, посмеиваясь над преисполненной отчаяния и надежды тирадой и в то же время с некоторым волнением перебирая в памяти подслушанные слова, отправилась к себе отсыпаться, ведь завтра ей предстояла бессонная ночь. На девушку снизошел такой покой, что она заснула, едва улегшись в постель. На Филипа, видимо, тоже снизошел покой. На следующий день он мирно пообщался с Правителем и не слишком усердствовал на тренировках. Крестный боялся радоваться, дабы не спугнуть удачу, но в душе уже праздновал начало долгожданного перелома.

Филип же твердо решил -- этот день во дворце станет для него последним, если только... Нет, об этом лучше не думать. Дружба с гвардейцами открывает все двери, покинуть замок будет проще простого. Да, кому-то из друзей достанется от Правителя, обидно. Но ведь ничего страшнее нескольких недель под арестом им не грозит, потерпят. Гвардейцами крестный дорожит, ни разу не слышал, чтоб Старикан распорядился выпороть кого-то из них. А с непутевым крестником чего церемониться? Может, за этим старик и оставил его в живых? Дочку же пороть не будешь... Удобно: мальчик для битья... Теперь с его спиной перед женщиной раздеться стыдно... Хотя перед кем ему раздеваться, перед шлюхами? Так они и не такое видали...

Предаваясь подобным невеселым мыслям, Филип вечером ненадолго вышел в сад, потом вернулся к себе, полежал в ванной с холодной водой и отправился спать. Он рассчитывал проснуться сразу после полуночи и убраться из дворца. Он не знал, куда пойдет, разве что в ближайший бордель. Но эту блестящую идею вряд ли можно было считать полноценным планом. По большому счету, ему и не хотелось никуда идти, но и оставаться в замке он больше не мог. Он не желал думать об этом, но в глубине души все свои надежды возлагал на зеленоглазую незнакомку. "Если она -- плод моего воображения или просто дразнит меня, то пошло все к черту. Прежняя жизнь опротивела, но здесь тоже ничего хорошего нет. Старикан просто издевается надо мной, мстит за своего друга".