Читаем Крёстный сын полностью

-- Выглядите, как нужно, -- сказал глава государства. -- Захватите мечи.

Ив быстро сообразила, куда они направляются. Во дворце имелся небольшой амфитеатр, построенный давным-давно. Его первоначальное назначение было неведомо. Теперь он использовался для проведения религиозных и научных диспутов, обсуждения особо важных для блага государства вопросов, реже -- для выступления знаменитых поэтов, писателей, артистов. Правитель подвел молодых людей к двери, ведущей в нижнюю часть амфитеатра. Они вошли и оказались в небольшой каморке, из которой открывался прекрасный вид на освещенное пространство в центре. Их же никто не мог видеть, поскольку пол комнатушки располагался выше уровня "сцены".

-- Сидите здесь, пока вас не вызовут, -- распорядился Правитель. -- Тут все прекрасно слышно. Сначала они захотят посмотреть на тебя, Филип, потом очередь дойдет и до тебя, -- кивнул дочери. -- Они обрадовались, узнав, что ты решила прийти. Хочу предупредить: свет установлен таким образом, что вас будет видно прекрасно, а вот вы не разглядите никого в зале. Не таращитесь туда попусту.

-- Извращенцы! -- пробормотал молодой человек.

-- Я ухожу, удачи вам! Насколько могу судить, большинство настроено в вашу пользу, -- Правитель вышел.

-- Ну, все, Энджи, последний рывок, и мы сможем до конца жизни посылать всех, кто к нам попробует сунуться, подальше, -- Филип обнял девушку.

-- Ты так в себе уверен?

-- Да. Должно же мне когда-нибудь повезти. Ведь я делаю все это ради тебя.

-- Тогда и я уверена.

Он улыбнулся, хотел еще что-то сказать, но тут из зала донеслось:

-- Звездная Палата желает видеть Филипа, сына герцога Томаса Олкрофта!

Крестник Правителя выпустил жену из объятий и вышел на освещенную "сцену".

В первые несколько минут в амфитеатре стояла тишина, присутствующие, судя по всему, изучали Филипа. Он поначалу сощурился от яркого света, но глаза быстро привыкли, и молодой человек спокойно взглянул в темноту перед собой. Наконец раздался голос, принадлежавший пожилой женщине:

-- Я встречалась с вами на большой дороге, молодой человек.

-- Надеюсь, моя леди, от этой встречи у вас остались только приятные воспоминания? -- чуть улыбнувшись, сказал Филип.

-- Более чем приятные, -- ответила женщина с коротким смешком. -- Я бы отдала вам в два раза больше золота, чем тогда, за ту услугу, что вы оказали моей племяннице.

-- Простите, моя леди, я не очень понимаю, что вы имеете в виду.

-- Благодаря похищению мой скудоумный братец разрешил дочери выйти замуж по ее выбору. Все быстро узнали, что девочка побывала в плену у разбойников, и на блестящую партию с каким-нибудь стариком или придворным хлыщом рассчитывать не приходилось.

-- Графиня, вы благодарны этому молодцу за то, что он обесчестил вашу племянницу? -- раздался мужской голос, чуть картаво произносящий слова.

-- О, нет, барон! -- рассмеялась женщина. -- Он мою племянницу и пальцем не трогал. Она сама мне об этом сказала, и у меня нет оснований ей не верить. Мы с ней очень близки, я, можно сказать, вырастила девочку. Для брака с избранником ей хватило сплетен о похищении. Да она и к разбойникам попала уже не девственницей -- успела переспать с будущим мужем.

-- Это случилось года четыре назад, моя леди? -- спросил заинтересованный Филип. -- Ваша племянница пухленькая, рыженькая, кудрявая, с голубыми глазами?

-- Совершенно верно, молодой человек, -- ответила графиня. -- Я вижу, вы ее вспомнили. Она была очень миленькая, пока не родила двойню.

-- Думаю, моя леди, ваша племянница и сейчас выглядит соблазнительно, -- ухмыльнулся Филип. Графиня не удержалась и хохотнула. Ив, слушая все это, только глаза закатывала. -- Да, -- продолжал тем временем ее муж. -- Девушка жаловалась, что отец не дает ей выйти замуж по любви. Теперь понятно, почему она меня так расцеловала на прощание.

-- Вы пытаетесь убедить нас, молодой человек, -- проговорил картавый мужской голос, -- что не тронули девушку, которая не хотела?

-- Я не пытаюсь никого ни в чем убедить. Говорю честно: женщин никогда не принуждал. Неужели в это так трудно поверить?

-- Так-таки и не принуждали? -- в разговор вступил еще один мужчина. -- Зная вашу репутацию...

-- Зачем принуждать какую-то одну, если рядом десяток, которым очень хочется? -- пожал плечами Филип. -- И потом, насколько я понимаю, у меня репутация бабника, а не насильника. По-моему, это разные вещи.

-- Разные, согласна, -- прозвучал довольно молодой женский голос. -- Да и не похожи вы на насильника с вашими ухмылочками. -- Филип при этих словах обворожительно улыбнулся. -- Но вот насчет десятка желающих как-то не верится. Еще расскажите, женщины дрались из-за вас, -- закончила говорившая с ноткой презрения, но бывший разбойник ничуть не смутился.

-- Моя леди, я выразился фигурально, имея в виду, что всегда без труда находил женщин, которые со мной были не прочь. Неужели за последние пару лет я столь сильно изменился внешне, и мне никто не верит? -- спросил Филип с кошачьей улыбкой.