Читаем Крёстный сын полностью

Филип проснулся после полудня. Он открыл глаза и никак не мог сообразить, где находится, более того, совершенно не помнил, что с ним произошло накануне. За последние десять лет он просыпался под крышей, только ночуя в борделях, но эта комната была слишком хороша для веселого дома. Просторная, с высокими окнами, закрытыми золотистыми занавесями, тепло светящимися из-за яркого дневного света, с высоким сводчатым потолком, украшенным искусной каменной резьбой. Светлые отштукатуренные стены покрыты тонким растительным рисунком. Кровать большая и удобная, с тонким бельем и, как ни странно, без балдахина. Филип с детства почему-то не терпел эти громоздкие сооружения. Рядом с кроватью с одной стороны -- высокий ветвистый кованый подсвечник, с другой -- небольшой столик и уютное кресло.

Молодой человек довольно долго лежал, осматриваясь и прислушиваясь, потом решил встать. Первое же движение далось с трудом, да еще и отдалось болью в спине. "Что со мной? Подрался по пьянке, получил по голове и провалялся сутки без сознания? А спина? И где я, черт побери? Неужели приглянулся какой-то знатной леди?" Спустив ноги с кровати, он осмотрел комнату и, заметив дверь в купальню, с трудом встал и пошел туда. Очень хотелось пить, а кружка на прикроватном столике оказалась почти пустой. Увидев огромную мраморную ванну и зеркало чуть ли не во всю стену, он присвистнул. "Только меня тут и не хватало для чьего-то полного счастья", -- с иронией подумал Филип, отнюдь не считавший себя подарком. Потом мельком глянул на свое отражение и поморщился. "Морда разбита, а я ничего не помню. Нет, на такое никакая леди не польстится. К шлюхам, мой лорд, к шлюхам. Они не будут визжать от страха при виде вашего стояка." Молодой человек решил посмотреть, отчего так саднит спина. Представшее его взору как вспышкой молнии осветило мозг, память вернулась до мельчайших подробностей. Желудок тут же вывернулся наизнанку, ноги стали ватными, и Филип упал на колени. Через несколько минут рвотные спазмы в пустом желудке прошли, и крестник Правителя смог подняться на ноги.

"Ну, я и влип!" -- пронеслось у него в голове. -- "Какого черта я согласился? Сейчас бы уже все было кончено..." Потом сообразил: нет, сейчас все бы только начиналось -- дознание, издевательства, возможные пытки. До конца было бы еще очень и очень далеко. "А, ладно, плевать, вряд ли будет хуже, чем раньше. Может, действительно удастся все изменить. Позорный столб, да-а, докатился... Жаль, отец не дожил... А дружок у него ничего себе старикан. Ловко взял меня в оборот. Правитель... Похоже, та еще заноза в заднице. Ну да ладно, поглядим, кто кого."

Молодой человек сел на край ванны, сполоснул лицо и напился. Стало немного легче. Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, стал думать о другом. "Сколько же я провалялся без сознания? Судя по состоянию ссадин, никак не меньше четырех дней, скорее даже больше. Столько времени в горячке, без еды, да я б с кровати встать не смог. Непонятно. Так, а щетина?" Он потер рукой подбородок. "Пожалуй, должна бы длиннее отрасти... Получается, я был без памяти пару суток. Ну у крестного и лекарь!"

Выпив еще воды, Филип решил осмотреться и, пошатываясь от слабости, вышел из купальни, предварительно обернув вокруг бедер полотенце (мало ли кого принесет в эти хоромы, а насчет его "интсрумента" и слухов крестный абсолютно прав). На столике у кровати увидел пузырьки, баночки и листок бумаги, исписанный довольно изящным почерком. "Похоже, меня лечила женщина", -- подумал он, отбрасывая волосы с лица, чтобы лучше видеть написанное. Тут до него дошло, что есть еще одна странность. "Они не остригли мне волосы! Что за черт! Кому понадобилось отмывать их от той дряни, которой меня закидали?" Он помотал головой и втянул носом воздух: никаких неприятных запахов. И вдруг ему вспомнилось мерещившееся в бреду женское лицо невероятной красоты. В один из моментов просветления он даже попытался спросить, кто она, но сил не хватило. Филип нахмурился и бросил листок на столик. "Этого еще не хватало. Зачем старик приставил ко мне женщину? Издевается? Так я точно долго не выдержу. И у него в прислугах такие красавицы? Или мне в бреду примерещилось, что она настолько хороша? Я почти уверен, что помню запах ее духов." Молодой человек снова взял бумагу с инструкциями и принюхался. Да, если он сам себя не обманывает, это тот же запах, легкий, почти неуловимый цветочный аромат.

Филип, наверное, еще долго размышлял бы на эту волнующую тему, но внизу послышалось лязганье ключа в замке. Листок тут же оказался на столе, а молодой человек в постели с закрытыми глазами и ровным дыханием.