Читаем Крест Сталина полностью

            У оберста похолодело в душе, когда из камуфляжного мастодонта показался эсэсовский мундир с двумя готическими стрелками на черных отворотах ...

            Штандартенфюрер СС Пауль Диц не счел нужным сразу знакомиться с начальником опорного пункта, и у того неприятно заныло под ложечкой... Он подумал, что гестапо всегда найдет к чему придраться, даже если везде будет полный немецкий порядок...

ГЛАВА 65

             Если приложить ухо к земле, как, бывало, делали в старину наши воины-предки, то и, взаправду, можно услышать, как крадется поблизости ворог...

            Где-то к одиннадцати, наконец-то, стемнело и, Выпин прижавшись к краю окопа, с нетерпением ждал, когда истекут последние тридцать минут. Все, кроме него и Копейкина бесшумно уползли вперед. Вдавившись в земную твердь, они ждали артиллерийского налета...

            Он должен был быть. Копейкин, по первым сумеркам дважды, прикрываясь за немецкими трупами "отмаяковал" трофейным фонариком сообщение назад...

            Выпин рисковал. Отправив вперед остатки своего полка, он объяснил Евсееву, что необходимо подобраться к немецким позициям до невозможного близко. После артналета одним броском преодолеть перепаханное пространство и ворваться в окопы, а там... Там видно будет - в своих голодных бойцах он не сомневался...

            Полковник ткнулся лицом по направлению к наручным часам. Выкатившаяся на звездный ковер мраморная луна высветила циферблат, на котором фосфорная стрелка стремительно завершала последний круг.

            Копейкин глухо матюгнулся о чем-то своем. И в этот момент грянул залп...

            Земля дрогнула. Сжавшись калачиком, Выпин сразу оглох от яростного месива огня, грохота и выворачиваемой земли. В мозгу застучало: - "Господи! как они там, ... впереди". Мелькнуло лицо Копейкина, перекошенное гримасой боли, все пытавшегося прикрыть командира от падающих осколков. Меж зажатых ладонями копейкиных ушей на майора неприятно капала кровь...

            - Вперед!!! Давай к нашим! - майор отвалил солдата и ухватился за жесткий бурьян. - Чего копаешься? Быстро за мной!

            Выпин оглянулся назад и тут только понял, что Копейкин просто не слышит его. Рядовой мотал головой, остервенело отплевываясь от валившегося сверху песка...

            Через пять минут артналет затих окончательно. Цвет луны поменялся на медный. В ночной глубине непроглядная пыль осыпалась на землю с отчетливым шорохом. Только на  перелопаченных позициях вспыхивали фантасмагорические сполохи горящих укреплений, сквозь которые продирались испуганные трассирующие очереди немецких пулеметчиков...

            Оглохший Копейкин быстро пробежал пространство из перемешанной почвы, осколков и остатков своей и чужой человечины. Спрыгнув в окоп, он увидел, как Евсеев в упор дорасстреливал разваленное чрево немецкого блиндажа...

            Метнувшись по расщелине вправо, Георгий столкнулся с набежавшим на него немецким пехотинцем. От неожиданности оба опешили... Егор видел, как необъяснимо долго офицер направлял на него "парабеллум", или ему казалось, что безусый немецкий мальчишка как в замедленном кадре репетирует свои последние действия. Ибо, рубанув с отмаху саперной лопаткой, Копейкин снес половину его головы, и стриженые русые волосы откинулись на дощатый окоп...

            Перешагнув через дергающийся труп, он побежал туда, где Бекшетов, выкрикивая ругательства, с группой солдат рубился в рукопашную...

            Сверху, раззявив в судороге рот, спрыгнул полковник с пистолетом в левой руке. Правой оторванной по локоть руки, ремня  и кобуры на командире уже не было - тонкий ремешок от рукоятки "ТТ" путался в ногах...

            - Все кто живой, уходим вперед! ... Евсеев!

            - Я тут, командир! - тяжело выдохнул капитан, передергивая затвор автомата; с левого виска к подбородку сбегал алый подтек, смывая прилипшую грязь...

            - Бери человек десять и атакуй правый дот, ... я с бекшетовской группой попытаюсь завалить другого пулеметчика! ... Прорывайся к Сосновке, делай что хочешь, но чтобы до утра я тебя слышал! Понял?!!

            Евсеев в ответ задышал, словно гончая собака. Воздушно-земельная взвесь забила носоглотку, и вместо ответа он стал неистово рассовывать за голенище сапог автоматные рожки.

            По кивку его головы полковник понял, что задание принято...

            - По рассвету уходи в лес, и держи на солнце. Пройдешь километра два-три - это максимум, и жди, если первым придешь... Там и найдем друг друга! - Выпин застонал...

            Евсеев молча перетянул ремешком уцелевшую часть руки полковника и туго запеленал обрубок куском простыни. Благо они белыми пятнами валялись возле разрушенного немецкого блиндажа...

            Вскоре штрафники, преодолев первую полосу, устремились дальше, пересекая "мертвую зону" неподвластную немецким пулеметчикам...

* * *

            До полуночи затылок Штауба жил собственной жизнью, отдавая барабанной дробью во лбу. Можно даже сказать, что в голове полковника гудело не меньше, чем за пределами дота...

            Инспектор оказался не слабым; с вечера они вдвоем прикончили весь коньяк, плюс бутылку недошедшую до штабиста Лепке. Адъютант, отправленный за дополнительным "горючим", должен был вернуться лишь только к утру...