Читаем Крест Сталина полностью

            Огромный периметр таинственной стройки был равномерно обнесен караульными вышками... Толстый хобот "максима" смотрел в центр объекта - политрук был упрямо уверен, что  всех бед нужно ждать только оттуда...

            Разъяренный от случившегося ЧП карликообразный Фикс петухом наскакивал на колонну заключенных:

            - Перестрелять бы вас, дерьмо ходячее!!! Идти  ровнее! Шаг вправо - шаг влево рассматривается как попытка к бегству! - вскоре удаляющаяся колонна унесла с собою негодующие вопли и, исчезла из поля зрения...

            Прибыв на место, вертухаи быстро разобрали зеков на рабочие группы, и неповоротливый механизм рабовладельческого строя стал медленно набирать обороты...

* * *

            Мойша Бриль махал киркой, и мелкие осколки разлетались вокруг него, усыпая снег равномерным кругом. Не поднимая головы, он обречено дробил большой камень, стараясь придать ему овальную форму.

            Мойша выпрямился, чтобы оглядеть результаты своего труда, и в это мгновение почувствовал жесткий тычок.

            - Что, жидовская морда, отдыхать собрался? - рядом, оскалившись, выросла фигура Щерба, - сегодня с тебя полторы нормы, понял сука? ... Гвоздь передал, что если не сделаешь - тебе хана!

            Не собираясь слышать возражений, гонец вихляющей походкой поперся к другим каторжанам...

            Растерянный Мойша стоял в центре серого от осколков круга, и только белесые следы от ступней Щербы слегка портили строгую геометрию...

Весьма немаловажное лицо - нарядчик, по кличке Гвоздь, через "придурков" ^[3]за каких то полчаса распределил работы, переложив трудовые нормы своих дружков, на плечи безропотных зеков. У Гвоздя уже свербило с утра, где-то в области подмышек. Он знал что Крест - его вечный враг, - под которым он прогибался долгие годы, поддался в бега. Хорошее место пустым не бывает, и свой шанс нарядчик упускать не собирался...

* * *

            Шконка ^[4]Креста была отгорожена от других одним единственным на весь барак полосатым одеялом, подчеркивая ранг ее бывшего хозяина. И хотя до бетонного пола от окна громоздился сталагмит из талой воды, это почетное место Крест не менял никогда...

             Гвоздь подошел и резко рванул ненавистный полог. Намереваясь занять законное место, он прыгнул через шконку, но вдруг почувствовал, как земляной пол ушел из под ног. В глазах неприятно брызнуло электрическим светом, и основание сталагмита резко надвинулось на его глаза. Веки инстинктивно захлопнулись...

            Откуда-то сверху на повергнутого Гвоздя водопадом упал голос:

            - Куда торопишься?

            Разлепив быстро заплывающий глаз, Гвоздь увидел ноги обутые в грубую кирзу. Над сапогами и черными ватными брюками громоздился рваный бушлат, из которого торчало небритое лицо Егора Копейкина

            - Тю, Червонец, а я то думал? - Гвоздь с трудом перевел костлявое тело в вертикальное положение. - Чай, Креста и в живых то нет?! Пора бы и власть сменить!

            - Покуда не ясно, что с Крестом - место никто не займет! Потом сходняком порешим, кому править...

- А это ты видел! - Гвоздь похабно махнул пятерней между своих ног.

            Пригнув спину, он решительно растопырил пальцы и попер, словно бык, на Копейкина. Невероятно быстро пространство вокруг противоборствующих расширилось, и две черных тени медленно закружили по кругу...

            Нарядчик с криком ринулся на своего врага и резким отточенным движением выбросил правую руку вперед. Увесистый гвоздь блеснул жалом...

            Мойша услышал неприятный хруст и звон выпавшей на бетон железяки. После непродолжительной борьбы металлическое жало перекочевало к новому владельцу, а затем с размаху вошло в тускнеющий глаз соперника. Нарядчик выгнулся и засучил ногами...

            С последним ударом Копейкина пространство круга, в центре которого валялось издыхающее тело, стало резко  расширяться.

            - Ну, кто еще хочет припасть на шконку? - цепкий тяжелый взгляд заскользил по молчаливому ряду.

            Место побоища стало редеть...

            К утру по бараку тихо и безмолвно удавили еще пятерых...

ГЛАВА 7

  Вечерело... Мороз крепчал... Солдат лениво пальнул из ракетницы. В тот момент, когда огненный шарик с шипением развалился высоко в небе, из просеки выехали крытые сани. Начальник караула почувствовал, как сердце плавно скатилось и затрепыхало непрерывной дробью в яловых сапогах...

            Сани круто развернулись и встали.

            Тюха побелел и, вскинув руку, заорал в сторону повозки:

            - Здравия желаю!!! Лейтенант Витюхин, ... направлен для встречи и сопровождения вас в учреждение!

Белочкин оказался крепко сложенным небольшого роста мужичком. В белом добротном полушубке и кожаном картузе уполномоченный напоминал лихих красных командиров с лубочных плакатов времен Гражданской войны.

- Здорово, здорово! - протянув широкую ладонь, Белочкин скупо улыбнулся.

...Витюхин ожидал скорее жестокого разноса и даже ареста, к которому он был готов, увидев на Белочкине расстегнутую кобуру револьвера. На самом же деле грозный уполномоченный оказался добрым увальнем...

Уже в пути лейтенант выложил Белочкину все, что знал и не знал. Солнечный зайчик, пробиваясь сквозь прорехи крытого верха, бессовестным образам скакал по его рыжим вихрам. Тюха смешно отмахивался от него и проникновенно шептал о случившемся...