Читаем Крэнфорд полностью

Выслушавъ это, миссъ Поль покачала головой съ великимъ удовольствіемъ. Она была увѣрена, что мы услышимъ о какомъ-нибудь происшествіи въ Крэнфордѣ въ эту ночь, и мы услышали. Было ясно, что воры сначала намѣревались напасть на ея домъ; но когда увидѣли, что миссъ Поль съ Бетти приняли предосторожности и вынесли серебро, воры перемѣнили планъ и отправились къ мистриссъ Джемисонъ, и неизвѣстно, что могло бы случиться, еслибъ не залаялъ Карликъ, какъ и слѣдуетъ вѣрной собакѣ!

Бѣдный Карликъ! прекратился скоро его лай. Испугалась ли его шайка, тревожившая наши окрестности, или они, отомстивъ ему за то, что онъ разстроилъ ихъ планы въ эту ночь, отравили его; или, какъ многіе необразованные люди думали, онъ околѣлъ отъ апоплексическаго удара, причиненнаго слишкомъ-сильнымъ обжорствомъ и слишкомъ-малымъ движеніемъ; по-крайней-мѣрѣ вѣрно то, что черезъ два дня послѣ этой, исполненной приключеніями ночи, Карлика нашли мертвымъ.

Ножки его были вытянуты прямо, какъ-будто онъ приготовлялся бѣжать, чтобъ этимъ необыкновеннымъ усиліемъ уйдти отъ неизбѣжнаго преслѣдователя — смерти.

Мы всѣ жалѣли о Карликѣ, старомъ другѣ, лаявшемъ на насъ впродолженіе столькихъ лѣтъ, и таинственная причина его смерти очень насъ безпокоила. Не синьйоръ ли Брунони былъ виновникомъ этого? Онъ убивалъ канарейку однимъ словомъ, воля его была силой страшной; кто знаетъ, не оставался ли онъ въ нашихъ окрестностяхъ затѣмъ, чтобъ замышлять разнаго рода ужасы!

Мы перешептывались по вечерамъ другъ съ другомъ объ этихъ предположеніяхъ, но мужество наше возвращалось съ разсвѣтомъ, и черезъ недѣлю мы совершенно оправились отъ удара, причиненнаго смертью Карлика, всѣ, кромѣ мистриссъ Джемисонъ. Ей, бѣдняжкѣ, казалось, что она не чувствовала большаго огорченія съ самой смерти ея мужа; а миссъ Поль говорила даже, что такъ-какъ его сіятельство, мистеръ Джемисонъ, сильно попивалъ и причинялъ своей супругѣ не мало непріятностей, то очень можетъ быть, что смерть Карлика была для нея прискорбнѣе. Но замѣчанія миссъ Поль отзывались всегда нѣкоторымъ цинизмомъ. Однако, было ясно и вѣрно одно: мистриссъ Джемисонъ нуждалась въ какой бы то ни было перемѣнѣ; мистеръ Мёллинеръ выражался весьма-торжественно на этотъ счетъ, качалъ головой, когда мы освѣдомлялись о госпожѣ его, и говорилъ съ зловѣщимъ видомъ, что она потеряла апетитъ и страждетъ безсонницей. И несправедливости, въ ея естественномъ состояніи здоровья были двѣ отличительныя черты: способность ѣсть и спать. Если она не могла ни спать ни ѣсть, то дѣйствительно должна была находиться и въ разстроенномъ духѣ и въ разстроенномъ здоровьѣ.

Леди Гленмайръ, которой, казалось, очень нравилось въ Крэнфордѣ, не понравилась мысль объ отъѣздѣ мистриссъ Джемисонъ въ Чельтенгэмъ, и она нѣсколько разъ выражалась довольно-ясно, что причиной всему этому мистеръ Мёллинеръ, который перепугался во время нападенія воровъ и съ-тѣхъ-поръ говорилъ не разъ, что онъ считаетъ большой отвѣтственностью взять на себя защиту такого множества женщинъ. Какъ бы то ни было, мистриссъ Джемисонъ отправилась въ Чельтенгэмъ въ-сопровожденіи мистера Мёллинера, а леди Гленмайръ осталась распоряжаться въ домѣ; ей поручена была забота о томъ, чтобъ служанки не обзавелись поклонниками. Она была препріятной надсмотрщицей, и какъ только рѣшено было ей остаться въ Крэнфордѣ, она нашла, что лучше отъѣзда мистриссъ Джемисонъ въ Чельтенгэмъ ничего нельзя было вообразить. Она оставила домъ свой въ Эдинбургѣ; покамѣстъ у ней не было квартиры и присмотръ за комфортэбльнымъ жилищемъ невѣстки былъ для нея очень-удобенъ и пріятенъ.

Миссъ Поль очень хотѣлось самой сдѣлаться героиней по случаю рѣшительнаго поступка, предпринятаго ею, когда она убѣжала отъ двухъ мужчинъ и одной женщины, названныхъ ею: «смертоубійственною шайкою». Она описывала ихъ появленіе яркими красками, и я примѣтила, что каждый разъ, начиная съизнова разсказъ, она прибавляла новую ужасную черту. Одинъ былъ высокій и очутился наконецъ гигантомъ, прежде чѣмъ мы съ нимъ раздѣлались; у него, разумѣется, были черные волосы и черезъ нѣсколько времени волосы его висѣли ужь косматыми прядями по лбу и по снинѣ. Другой былъ низенькій и толстенькій, и на спинѣ его выросъ горбъ прежде, чѣмъ мы перестали о немъ говорить; волосы у него были рыжіе, превратившіеся мало-по-малу въ красные; къ-тому же миссъ Поль почти была увѣрена, что онъ былъ косъ на одинъ глазъ, рѣшительно косъ. Что касается до женщины, то глаза ея сверкали и видъ у ней былъ совершенно мужской; вѣроятно, это былъ мужчина, переодѣтый въ женское платье: впослѣдствіи мы слышали уже о бородѣ, мужскомъ голосѣ и мужской походкѣ бородатой женщины.