Одиннадцать томов избранных трудов Блаженного Августина были изданы в Базеле братьями Амербах после редакционного процесса, который продолжался шестнадцать лет. Даже своих писателей реформаторы проверяли тщательно. Эразм Роттердамский издал первый печатный текст Нового Завета на греческом языке. Названная «Novum instrumentum» эта работа содержала три основных раздела: ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ греческий текст Нового Завета; НОВЫЙ латинский перевод этого греческого текста, который исправлял неточности существовавших переводов, особенно Вульгаты и, наконец, комментарий текста. Для реформаторов, особенно Лютера и его коллег в Виттенберге, идеи Реформации основывались на «Библии и Августине». Возникновение книгопечатания означало, что надежные тексты этих источников стали широко доступными, способствуя, таким образом, распространению этих идей. Как в свое время отметил Гордон Рапп, «новые инструменты, новые тексты, какими бы «сырыми» они не были, какими бы некритичными и небрежными не были их редакторы, привели к сосредоточенному изучению Библии, результаты которого оказались поразительными и достаточно практичными. Реформаторы Виттенберга. Цюриха, Базеля, Страсбурга и Галлена знали, что они делали… Существуют свидетельства того, как в далеком Кембридже и Оксфорде молодые ученые страдали из-за них и, пренебрегая опасностями, искали эти инструменты библейской науки. Они положили основание религиозной, богословской Реформации. Торговец книгами Томас Геррард, а не политик Томас Кромвель, зажег свечу Николая Ридли».

Можно привести пример, иллюстрирующий важность книгопечатания для пропаганды идей Реформации повсеместно. Поворотный момент Французской Реформации отмечен публикацией в 1541 году франкоязычного издания «Наставлений в христианской вере» Кальвина. Последовательно изложенные и тщательно аргументированные радикальные реформационные доктрины стали доступны во Франции на языке, который лучше всего мог быть понят.

Однако вскоре произошло следующее: 1 июля 1542 году парижский парламент издал распоряжение, согласно которому все книги, содержащие еретические доктрины, особенно «Наставления» Кальвина, должны были быть сданы властям в течение трех дней. Обыски книжных лавок стали важным элементом официальной попытки подавить растущее «еретическое» движение. В следующем году богословский факультет Парижского университета, составил список книг, состоящий из шестидесяти названий, которые должны были быть немедленно запрещены. Из тридцати шести текстов, которые можно с некоторой степенью вероятности определить и датировать, двадцать три были напечатаны в Женеве.

Однако по мере победоносного шествия Реформации по Европе ее главные исполнители все больше и больше отодвигали в тень и идейных вдохновителей переворота и его экономических нянек в лице касты евреев. Нарождающимся национальным государствам очень не хотелось помнить о тех, кто дал им в руки идею и в карман звонкую монету для осуществления своих сепаратистских амбиций. В полной мере расхождения между гуманизмом и Реформацией стали очевидны в 1525 году. В этом году и Лютер, и Цвингли написали работы, направленные против Эразма Роттердамского, причем оба сосредоточили свое внимание на концепции «свободной воли». С точки зрения обоих реформаторов, учение Эразма об абсолютной свободе человеческой воли вело к преувеличенно оптимистичной концепции человеческой природы. После опубликования «Комментария об истинной и ложной религии» Цвингли и работы «О рабстве воли» Лютера напряженность, которая всегда существовала между гуманизмом и Реформацией, стала очевидной для всех.

Как тут не вспомнить знаменитое выражение: «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить» из драмы Ф.Шиллера «Заговор Фиеско».

В одиночестве против всех