Читаем Крах империи евреев полностью

Они были неоднородны в расовом отношении, что подтверждают все научные исследования последнего времени. Их закрытые общины, почти колонии были подвержены биологическому влиянию стран и народов, где они находились па протяжении многих лет. Еврейские кварталы никогда не были закрыты для окружающего мира и, напротив, часто широко распахивали перед ним свои двери, рекрутируя в свои ряды самых смышленых, оборотистых, шустрых и хитрых. Впрочем, могло ли обойтись они без смешения крови на протяжении стольких лет, иногда в отрыве от своей касты? Они не всегда и не везде населяли отдельный квартал, гетто. Мы еще раз напомним, что понятие это происходит от названия квартала, выделенного для евреев в Венеции, где когда-то заливали – gettarono на венецианском диалекте – чугун в литейные формы для отливки пушек, проще говоря, в районе оружейного завода, лучшем квартале города. С той же самой Вероне они жили в рассеянии то там, то здесь и только у городской площади улица, где велась торговля вином под их надзором, носила название via della Hebrei (Еврейская улица). То же самое наблюдалось в Падуе и Мантуе, Флоренции и многих других городах. В Португалии евреи смешались со знатью в большей степени, чем с простым народом, в Турции даже имели собственных рабов, в Венгрии…. и так далее.

В силу этих причин евреи оставались невольным связующим звеном вновь образующихся государств, империй и союзов. Сами того не желая, они все равно, не взирая на границы и разногласия между ними, оставались посредниками, передающими на Запад достижения восточной мысли и науки, выступая в качестве философов, математиков, врачей и космографов. Они были в числе первых энтузиастов типографского дела; первой книгой, изданной в Португалии, было Пятикнижие отпечатанное в Фару тщанием Самюэля Гакона. Изгнанные из западных провинций они открыли типографии в Турции.

Вот, что было сказано на Совете Десяти в Венеции: «Ваше решение изгнать евреев поведет к пагубным последствиям! Подумайте, во что оно вам обойдется? Кто дал туркам такую мощь и где они отыскали столь умелых мастеров для изготовления пушек, луков, ядер, мечей, больших и малых щитов, которые позволяют им мериться силами с другими народами, если не среди евреев, от которых испанские короли очистили свою страну!»

В результате в Венеции рядом друг с другом выросли три гетто, старое, новое и новейшее три соединенных между собой островка, застроенных высокими домами. Старое гетто, где жили левантийские евреи и новое, в котором нашли приют немецкие евреи, ушедшие от Реформации. Когда все пришельцы там не поместились они частично перешли в Старое гетто. Дожи Венеции прияли мудрое решение. Перестройка перестройкой, а финансы и торговля важнее.

Кроме того, вокруг еврейских общин сложилась некая инфраструктура. Сами они повсюду выступают в роли: финансистов, поставщиков продовольствия, купцов, ростовщиков, держателей ломбардов, лекарей, ремесленников, портных, ткачей, кузнецов… Иногда очень бедных, ссужающих мелочь под залог. Но рядом, бок о бок с ними, подмастерья и ученики, приказчики и капитаны кораблей, слуги и рабы. Получилось так, что даже самые скромные ростовщики составляли своего рода привилегированный класс в этих замкнутых кассовых сообществах. Все это происходило не только в больших, вставших на ноги, городах. Их услуги в деревне и небольших городках, служивших им питательной почвой, пользовались еще большим спросом. Наряду с этими заимодавцами на короткий срок и ростовщиками местечек существовали и крупные евреи финансисты, которых иногда конечно высылали, потом возвращали, но нужда, в которых была всегда. Это такие семьи как Шимениш, Калдейра, Эвора… Несмотря на новые времена и давление на них со всех сторон, они продолжали оставаться организаторами различных нововведений. Например, Мигель Родригес или, вернее, Родрига, предложил Венеции устроить пристань в Спалато. Мы можем представить себе их могущество, глядя на Самюеля Абраванеля и его богатую семью, которые годами ссужали Неаполитанского короля деньгами, и занимались торговлей сахаром с Мадейры, ярмарками Ланчано и сделками с хлебом. Или вот необыкновенная карьера португальской еврейской семьи Мендеиш и их племянника, Жуана Мингиша по прозвищу Иоанн Микас, Хуан Микас. Этот еврей, подобие Фуггера в Стамбуле, мечтал стать «царем Иудейским» и основать государство на Святой Земле, сделаться «кипрским королем» и многое другое. В отличие от своего германского прототипа он не был казнен и не был разорен, а назначен самим султаном герцогом Наксоса. Его деловые связи распространились на всю Османскую империи. К тому же он был не один, за ним стояла каста. Белон дю Ман, говорил по поводу евреев: «Они настолько контролируют товарный рынок Турции, что богатства и доходы турок находятся у них в руках, потому что они назначают самую высокую цену при сборе налогов, берут на откуп габеллы (налоги на соль), портовый сбор и другие поступления турок…». Без этих общих удач, взлет, который совершил герцог Наксосский, был бы невозможен.