Читаем Кошачьи когти полностью

– Я вижу, вы узнали о позоре нашей семьи, – сказала она. – Мой отец не был предателем. Он попытался убедить Мицухидэ изменить свое решение, но этот дурак не внял его просьбе. Однако, если вы знаете про Мицухидэ, значит, вы должны понимать, почему господин Ода не стал бы нападать ни на моего отца, ни на любого члена нашего клана.

– Напротив, – ответил Хиро. – Убийство вашего отца стало бы доказательством предательства.

Как только слова сорвались с губ Хиро, на него внезапно снизошло озарение. Он открыл было рот, но тут же его захлопнул, так ничего и не сказав. Это было лишь предположение, а не достоверный факт. По крайней мере пока он не найдет подтверждения своим мыслям.

– Убийство моего отца достаточно трудно осуществимое мероприятие, – сказала Ёсико.

Отец Матео встревоженно посмотрел на Хиро, синоби понял, что священник принял слова Ёсико за признание. Хиро слегка качнул головой, и иезуит расслабился, хотя и выглядел при этом нервным и смущенным.

– Я вам уже рассказывала о том, как мой отец убил куноичи, – продолжила Ёсико. – Не только ту, которая пыталась убить сёгуна, но и другую, что была подослана к моему отцу. Это случилось пять лет назад в чайном доме, где он погиб. Отец разоружил ее и убил ее же собственным отравленным кинжалом. С этим убийцей он поступил бы так же.

Это наводит меня на мысль о том, что отец знал своего убийцу.

– У вас есть доказательства? – спросил Хиро.

– Кто-то перерезал отцу горло, пока он ждал, когда Саюри вернется из уборной, – сказала Ёсико. – Он бы услышал приближение убийцы, однако позволил человеку подойти к себе сзади. Он либо узнал голос убийцы, либо ее походку.

Странный блеск появился у Ёсико в глазах, когда она посмотрела на Хиро.

– Вы бы наверняка смогли отличить женскую походку от мужской.

Хиро проигнорировал ее комментарий и его неожиданный подтекст.

– Значит, вы верите, что Нобухидэ прав и это Саюри убила вашего отца?

– Даже если женщина не сама это сделала, она замешана в этом. Как бы иначе убийца вошел в комнату, убил его и ушел никем не замеченный?

– А вы с этим согласны? – спросил отец Матео у Сато.

Та печально улыбнулась:

– Я не знаю, кто убил моего мужа, и не беспокоюсь о мертвых. Это я могу к нему присоединиться, а вот он ко мне уже не вернется.

– Вы знаете о царе Давиде? – спросил отец Матео.

– Почему нет? В конце концов, я же христианка.

Лицо иезуита от восторга расплылось в улыбке.

– И как вы стали христианкой?

Сато покачала головой и опустила глаза на руки, лежащие на коленях.

– Не хочу утомлять вас старческими разговорами.

– Пожалуйста, – попросил отец Матео. – Я бы хотел послушать.

Хиро же слушать не хотел. Он хотел уйти и отыскать подтверждение своей теории, причем желательно получив на это еще пару лишних дней.

Хиро пытался поймать взгляд священника, но тот не смотрел в его сторону. Синоби с разочарованием понял, что его друг неимоверно туп.

– Я вышла замуж очень молодой, – начала Сато. – Но у меня долгое время не было детей. Это казалось странным. У жены самурая одна обязанность – подарить мужу наследника. Ёши был терпелив и не отсылал меня, но мое отчаяние росло. Я молилась буддистским богам, синтоистским ками и каждому божеству, которое было мне известно. В основном я молилась Каннон, богине милосердия. Я дала слово, если у меня появится ребенок, я поставлю в своем доме в ее честь статую и буду молиться ей каждый день до конца своей жизни.

– Но Каннон вам не помогла, – понимающим тоном сказал отец Матео.

– Нет, помогла. – На лице Сато появилась озорная улыбка. Ее глаза заблестели от того, что ей удалось обмануть чужеземного священника. – Каннон подарила мне дочь. Ёсико.

Мать с дочерью обменялись улыбками. Это была первая искренняя эмоция, которую Хиро увидел на лице Ёсико, но это выражение исчезло почти сразу.

– Ваш муж должен был быть доволен, – сказал отец Матео.

– Большинство мужчин предпочли бы сына, – сказала Сато, – но Каннон и здесь мне помогла. Ёши полюбил Ёсико с того самого момента, как она родилась. Он вырастил ее как самурая. Вообще-то, как мальчишку. – Женщина помолчала. – Сначала мне это не слишком нравилось, но они казались такими счастливыми, что и я со временем стала счастлива. Сейчас я очень рада, что все обернулось именно так.

Она посмотрела на Ёсико, словно ребенок, выдавший тайну своей семьи и не понимающий, что делать дальше. Хиро было интересно, о чем из сказанного Сато предпочла бы умолчать.

Прежде чем молчание переросло в неловкость, Ёсико сказала:

– Ты говорила про чужеземного бога.

Сато кивнула.

– В год, когда Ёсико исполнилось тринадцать, она приняла гэмпуку. – Она озабоченно сморщила лоб и посмотрела на священника. – Вам знакомо это слово?

– Церемония, в результате которой самурай становится мужчиной. – Отец Матео посмотрел на Ёсико и добавил: – Человек становится достаточно зрелым, чтобы носить два меча.

Сато кивнула, радуясь тому, что не придется ничего объяснять.

– Ёсико... до гэмпуку ее звали Чико... училась очень быстро. Ее церемония произошла в тринадцать лет. Отец вручил ей пару фамильных мечей.