Читаем Король Иоанн полностью

Нет, предстанешь: Я не пойду с тобой. Свое страданье Я научу быть гордым и сама Покорно подчинюсь веленьям скорби; И королям явиться надлежит Ко мне и к ней: так тяжела она, Что лишь земля могучая смогла бы Ее снести. Здесь трон мы обрели: Пусть перед ним склонятся короли.

(Садится на землю.)


Входят король Иоанн, король Филипп, Людовик, Бланка, Элеонора, Бастард, эрцгерцог Австрийский и свита.


Король Филипп

Да, этот день, возлюбленная дочь, Во Франции, как праздник, будет чтиться. Ему во славу задержало бег Сияющее солнце, превращая, Алхимику подобно, дивным оком Сухую землю в царственное злато. И этот день в круговращенье лет Пусть празднуют всегда, как день счастливый.

Констанция (поднимаясь с земли)

Как день несчастный, пусть его клянут. Чем заслужил он главу, и за что Его ты станешь золотом писать В календаре средь праздников церковных? Нет, день позора, клятвопрестулленья, Обиды тяжкой вырви из недели; А если он останется, пускай Беременные молятся о том, Чтоб им в тот день де выкинуть, не видеть Своих надежд крученье, и пускай В тот день страшатся бури моряки, Все сделки неудача постигает, Все начатое кончится бедой, И даже верность станет черной ложью!

Король Филипп

Клянусь я небом, славный этот день Вам не придется проклинать, принцесса. Ведь я давал вам слово короля.

Констанция

Поддельная монета - ваше слово: Да ней - лицо монарха, но она Не выдержала пробы. Вы - отступник. Вы кровь моих врагов пролить грозили, Теперь же с ней хотите слить свою. Могучий пыл и гневный взор войны Остыли под личиной ложной мира. Для нас обида злая - ваш союз. Карай же, небо, королей-лжецов! Тебя вдовица молит, будь ей мужем! Не допусти, чтоб этот день безбожный Был мирно завершен! Посей раздор Еще до вечера между лжецами. Услышь меня!

Эрцгерцог

Спокойствие, принцесса!

Констанция

Война, война! Спокойствие - мне смерть! Лиможский граф, эрцгерцог! Свой трофей Позоришь ты, раб, негодяй и трус! В бою ничтожный, в подлости великий, Ты - сильный только с сильными в союзе! Фортуны рыцарь, бьешься лишь тогда, Когда капризной госпоже угодно Тебя оберегать. Ты тоже лжец, Холуй при королях! Болван пустой, Ничтожный дурень! Пыжился, грозил Моим врагам! Ты, раб с холодной кровью, Не громыхал ли, что стоишь за нас, Что служишь мне, что смело я могу Твоей звезде довериться и силе? И вот - к врагам моим переметнулся! Тебе ли Ричарда трофей пристал? Сбрось шкуру льва, скорей напяль телячью!

Эрцгерцог

О, если б это мне сказал мужчина!..

Бастард

Сбрось шкуру льва, скорей напяль телячью!

Эрцгерцог

Молчи, мерзавец, если хочешь жить!

Бастард

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия