Читаем Корабль палачей полностью

Послышался громкий рев. Почти сразу моржи прекратили свою возню на берегу и дружно, словно по команде, устремились в воды фьорда.

— Это их вожак отдал команду, — пошутил Каплар. — Возможно, он понял, о чем мы говорили. А ведь мы упоминали о ружьях, пулях, гарпунах…

— Как вы думаете, мы встретим эскимосов? — спросил Гюстав.

Каплар пожал плечами:

— Вполне возможно. Прошлый раз, когда я посетил эти края, мы встретили небольшую группу примерно из сорока человек, мужчин, женщин и детей. Они только на время появляются в этих местах. Им не нравится слишком суровый край, расположенный так далеко на севере, и они предпочитают жить южнее. Если где-то поблизости и есть эскимосы, они обязательно посетят нас, так как они обычно стараются выменивать европейские товары на свои охотничьи трофеи.

Моряки не знали, что слова Пьера Каплара будут подтверждены — хотя бы частично — в самое ближайшее время.

«Тонтон Пип» осторожно продвигался в глубь фьорда. Ему пока вполне хватало водного пространства, хотя все чаще и чаще встречались льдины, столкновения с которыми следовало избегать.

На третий день Эванс сообщил, что они дошли до конца канала.

Они очутились в небольшом заливе, где судно могло встать на якорь, находясь в полной безопасности.

В случае необходимости оно могло даже зазимовать здесь, ничуть не опасаясь смертельной хватки ледяного панциря зимой.

Граф де Вестенроде взял бинокль и принялся изучать окрестности. Он сразу же понял, что пейзаж не содержит ничего утешительного, скорее, наоборот. Мрачный и монотонный, он простирался до горизонта, примечательный лишь отдельными полями снега, никогда не таявшего даже летом. Местами поднимались невысокие сланцевые холмы и отдельные базальтовые скалы. Слабо волнистая равнина продолжалась до бесконечности, расплываясь у горизонта в сером тумане.

Температура оказалась достаточно сносной, ртуть в термометре не опускалась ниже нуля. Немногочисленные морские птицы кружились над морем и сушей — несколько разновидностей чаек, олуши, какие-то птицы с длинными хвостами.

На расстоянии выстрела от судна по мелкой воде бродили птицы на длинных тонких ногах.

— Надеюсь, нам не придется использовать их в качестве светильников, — сказал Пьер Каплар графу.

— Как светильников? — удивился граф.

— Да, ваша светлость. Это невероятно жирные птицы, с совершенно несъедобным мясом. Эскимосы тем не менее постоянно охотятся на них. Высушив птичью тушку, они подвешивают ее за ноги в своих иглу, затем поджигают клюв, после чего высушенная птица медленно горит, правда, давая много дыма, пока полностью не превратится в пепел.

Граф с интересом выслушал рулевого, которого с полным основанием считал большим знатоком всего, что имело отношение к северу.

Неожиданно он подозвал его ближе и передал бинокль.

— Посмотрите, вам не кажется, что это эскимосские иглу?

— Иглу в это время года? Где только эти бедолаги найдут сейчас достаточно снега для строительства своих снежных замков?

Нет, это всего лишь небольшие развалы камней… Постойте, ведь я был именно в этих местах пять или шесть лет назад. Мы тогда добыли здесь нескольких крупных китов, загнав их в тупик залива Харри.

Недалеко от берега мы видели небольшое поселение эскимосов. Они последовали советам датчан, ничего не знающих о местных условиях, и построили себе уродливые каменные хижины, в которых неизбежно должны были замерзнуть зимой. Это были мирные, очень бедные люди. Вы не представляете, насколько они были бедными! Все их имущество ограничивалось несколькими шкурами песцов и тюленей, которые они отдавали в обмен на стальные рыболовные крючки и табак, привозимый сюда норвежскими рыбаками, несмотря на запрещающие датские законы.

Каплар всмотрелся в груды серых камней:

— Если это не развалины их каменных хижин, то можете считать меня дельфином!

Странно, что они не показываются! Может быть, они переселились подальше от берега? Но зачем?

Лицо Пьера помрачнело. Он внимательно смотрел на небо. Потом он указал на небольшую стаю птиц, кружившихся низко над землей.

— В чем дело, господин Каплар? — спросил граф.

— Это стая ворон, и в этом нет ничего хорошего… Черт возьми! Я вижу рыжих лисиц… Нужно немедленно осмотреть место, возле которого собрались вороны и лисы! Мне кажется, что там нас ждет большая неприятность…

Каплар и граф сошли с судна. С трудом передвигаясь по земле, усыпанной галькой и обломками сланцев, они подошли к развалинам убогих хижин. При их приближении стая воронов с карканьем поднялась в воздух, и несколько лисиц скрылось среди камней.

— Лисы… — проворчал Каплар. — Догадываюсь, что мы увидим… Какой кошмарный запах…

Моряки непроизвольно отшатнулись.

Хищная звериная морда выглянула из развалин, и лиса со злобным ворчаньем неторопливо исчезла, загремев разбросанными по земле костями скелетов.

Пьер заглянул в одну из хижин и тут же выскочил наружу, не сдержав тошноту.

— Они мертвы! Они все мертвы! И, что самое страшное, они все были убиты!

Преодолевая отвращение, Пьер и сопровождающий его граф зашли в соседнюю лачугу.