Обычно в убежищах эскимосов, будь это зимнее иглу или летний навес, трудно рассчитывать на порядок. Тем не менее шкуры обычно оказываются аккуратно сложенными в стопку, сушеная рыба хранится отдельно, снаряжение для рыбной ловли и охоты лежит в стороне. Здесь же все предметы сурового быта были свалены в диком беспорядке. Не видно было ни тюленьих шкур, ни мехов.

Каплар указал на полуразложившееся тело эскимоса, сжимавшего в руке нож и явно пытавшегося оказать сопротивление.

— Убит пулей в голову, — сказал он.

Наклонившись над телом, он поднял нож.

— Клянусь всеми святыми, — воскликнул он. — Это же нож Дингера!

Граф внимательно осмотрелся.

— Что это? — спросил он, осторожно подняв какой-то небольшой предмет. Увидев его, Каплар закричал, не сдержав бешенства.

Это была красная резиновая перчатка, от которой был оторван кусок.

* * *

Покинув место побоища, Пьер Каплар и граф некоторое время не могли прийти в себя после пережитого кошмара.

— У меня в голове постепенно укладываются все случившиеся в последнее время события, господин граф, — сказал Каплар, — и я начинаю представлять последовательность произошедших здесь событий. «Дорус Бонте» побывал здесь до нас; поскольку я хорошо знаю, какой сброд был нанят в команду Холтемой, то меня совсем не удивляет произошедшее. В это время года несчастные эскимосы, трупы которых мы обнаружили, накопили добытые за сезон охоты меха — шкуры медведей, лис, куниц… Могу предположить, что команда «Доруса» не имела товаров, обычно используемых для обмена, — по крайней мере, я никогда не слышал об этом. Поэтому они просто решили отнять шкуры у эскимосов. Естественно, те попытались сопротивляться грабителям, но были застрелены бандитами.

Он поднял рваную красную перчатку.

— При побоище присутствовал демон, переодетый человеком. Он обыскал тела, пытаясь найти бог знает что. Но, будучи знатным лицом, он не захотел пачкать руки кровью жертв. Вот эта перчатка и осталась после него.

— Пранжье! — прошептал граф.

Отойдя от побоища, он осенил его крестным знамением.

— Завтра наши матросы похоронят убитых. На общей могиле будет установлен крест в память об ужасном преступлении.

Рулевой и граф некоторое время шли молча. Внезапно граф остановился.

— А «Дорус Бонте», господин Каплар! Где сейчас находится это судно?

Каплар развел руки неопределенным жестом:

— Меня это тоже интересует, господин граф. Скорее всего, они проникли глубже в одно из ответвлений фьорда.

Я знаю, что севернее Харри Инлет находится небольшой фьорд, имеющий прямой выход в океан. Есть шансы на то, что они укрылись именно там.

— Возможно, вы правы, господин Каплар. Но в этом случае, когда Стивенс осматривал окрестности из вороньего гнезда, он должен был увидеть мачты «Доруса», ведь место, о котором вы говорите, находится довольно близко от нас.

— Вы не учитываете, что утром еще не рассеялся туман, не позволявший хорошо видеть окружающую местность. Но взгляните на этот холм. Поднявшись на него, мы, надеюсь, сможем осмотреть окрестности. Тем более что туман почти рассеялся.

Склоны холма оказались довольно пологими, и через час они добрались до вершины.

Их взгляды одновременно оказались направленными на восток, и они дружно воскликнули:

— «Дорус»!

Действительно, это судно с аккуратно убранными парусами, спокойно и невинно отдыхало в тихих водах северного фьорда.

Глава X

Зеленый туман

Этим вечером на борту «Тонтон Пип» состоялся настоящий военный совет. Прежде всего, обсуждалась возможность контакта с «Дорус Бонте».

Первым высказался Пьер Каплар:

— Я хорошо представляю, что экипаж «Доруса» — это не детский хор воскресной школы. Все, что мы знаем о нем, свидетельствует, что это бандиты, настоящие убийцы. Что касается Холтемы, то я не вправе обвинять его.

Я всегда считал его опытным честным моряком, хотя и довольно скуповатым и даже немного жадным. Поэтому я не верю, что он участвовал в убийстве эскимосов. В то же время доктор Пранжье — это человек, не знающий угрызений совести и не останавливающийся перед любым препятствием, даже перед преступлением, когда он стремится к своей цели. Поэтому я считаю, что мы должны действовать крайне осторожно.

Было решено отправить на разведку нескольких человек. В разведывательный отряд вошли Ивон Тейрлинк, Эванс и Ригольбер.

Холодная ясная ночь с усеянным крупными звездами небом способствовала задуманной операции.

Разведчики двинулись на шлюпке вдоль берега, стараясь как можно ближе подойти к «Дорусу» и не оказаться при этом замеченными с судна.

Расстояние между двумя парусниками было не больше семи миль, и разведчики вполне могли вернуться этой же ночью, тем более что в это время года солнце вставало довольно поздно.

Этой ночью мало кто спал на борту «Тонтон Пип». Списсенс, граф и Каплар вообще не ложились спать. Капитан достал из сейфа десяток ружей системы Снайдера, несколько больших револьверов Лефоше и десяток хорошо наточенных кинжалов.

— Нам может понадобиться серьезное оружие, — сказал он.

Граф де Вестенроде нахмурился, но не стал возражать, хотя мысль о вооруженном столкновении ему явно не понравилась.