Читаем Комната, полная зеркал. Биография Джими Хендрикса полностью

После смерти Эла Хендрикса тема отцовства и наследования стала предметом горячих споров в семействе. Его состояние оценивалось примерно в 80 миллионов долларов. Из денег самого Эла в этой огромной сумме не было почти ничего: большую часть состояния составляли доходы за счет владения авторскими правами Джими. Согласно завещанию, наследство делилось между одиннадцатью родственниками, причем большая часть отходила Джейни Хендрикс, падчерице, которую он удочерил в 1968 году. Кроме того, в завещание были также включены четыре брата и сестры Джейни, которые не были связаны с Элом кровным родством, – каждый из них получил около пяти процентов наследства. По завещанию Эла никто из родственников со стороны Люсиль не получил ни цента. По сути, это означало, что большинство кровных родственников Джими Хендрикса лишались любой прибыли от настоящих и будущих продаж его альбомов.

Самым вопиющим пунктом завещания Эла было наследство, оставшееся Леону, – он получал только золотую пластинку по выбору Джейни. При этом во всех предыдущих версиях завещания Леон был полноправным наследником, и его доля в наследстве была сопоставима с долей Джейни. Однако в последнем завещании, подписанном Элом в 1998 году, Леон, родной брат Джими, не получал ничего, в то время как их сводной сестре отходило 48 процентов наследства.

У Леона не было денег, чтобы оспорить завещание отца, однако на помощь пришел предприниматель Крейг Диффенбах, который потратил несколько миллионов долларов на то, чтобы оспорить законность документа. Через четыре месяца после смерти Эла Леон подал иск против сводной сестры Джейни Хендрикс и кузена Боба Хендрикса в Верховный суд округа Кинг. Он хотел добиться отмены последнего завещания Эла и восстановления предыдущей версии завещания, по которой Леону отходила четвертая часть наследства. В иске Леон обвинял родственников в мошенничестве и «неправомерном вмешательстве» в дела отца: он утверждал, что Джейни оказывала «неправомерное влияние» на Эла и в конце концов убедила его в том, что Леон не был его биологическим сыном. «Мы считаем, что в документе зафиксирована не последняя воля Эла, а, по сути, воля Джейни», – заявил адвокат Леона Боб Карран.

Судебный процесс и так был непростым, но дело осложнилось еще больше после того, как к иску Леона присоединились еще семеро родственников: все они были бенефициарами завещания Эла, а кроме того, среди истцов была родная сестра Джейни – Линда Джинка. Присоединившиеся к делу истцы утверждали, что, несмотря на то что на бумаге в их распоряжении были многомиллионные трасты, которые в 1997 году учредил Эл Хендрикс, за все это время они не получили ни одной выплаты. В этом они обвиняли распоряжавшуюся трастами Джейни Хендрикс. Кроме того, поверенный бенефициаров Дэвид Осгуд утверждал, что компания Hendrix Experience управлялась настолько плохо, а зарплата Джейни была настолько велика (только в 2001 году она получила 804 600 долларов), что трасты и вовсе могут оказаться не в состоянии что-либо выплатить.

В суде Джейни и Боб Хендриксы настаивали на том, что не были замешаны ни в составлении завещаний Эла, ни в распоряжении оставленными им трастами, а также на том, что факт того, что Эл лишил своего сына Леона наследства, был для них такой же неожиданностью, как и для всех остальных членов семьи. Адвокаты Джейни и сама ответчица заявили, что Эл изменил свое завещание не из-за каких-либо слов или действий Джейни, а из-за проблем Леона с наркотиками. Кроме того, сторона защиты утверждала, что последняя версия завещания Эла имела законную силу, так как процесс его подписания был зафиксирован на видео. Что касается трастов, Джейни утверждала, что сейчас их финансированию препятствуют судебные издержки, связанные с иском Леона, и долги компании, но она заверила суд, что трасты, несомненно, будут финансироваться в дальнейшем.

В то время, когда иск Леона находился на рассмотрении суда, Ноэль Реддинг готовил собственный иск против Hendrix Experience. Ноэль обвинял компанию в том, что, когда он отказывался от своих прав на роялти, его интересы представляли ненадлежащим образом, а кроме того, ему обещали пересмотреть соглашения после смерти Эла Хендрикса. Комментируя в апреле 2002 года отсутствие у него и Митча каких-либо постоянных доходов от The Experience, Ноэль сказал: «Будь у Джими восемь рук, он смог бы организовать группу без Митчелла и меня». Месяц спустя во время подготовки своего иска Ноэль Рединг в возрасте пятидесяти семи лет внезапно скончался от болезни печени.