Читаем Команда кошмара полностью

А теперь валим-валим-валим. Простой житейский опыт показывает, что после такой резкой отповеди в юных самках человека вскипает негодование, возмущение, желание срочно поделиться эмоциями и впечатлениями, ну, в общем, вот такое вот говно. Пусть между собой делятся, а заодно и с Пашей обсуждают, его как раз вставило…

Теперь остается подняться, зайти в комнату Салиновского, а потом, внезапно взяв по ничего не подозревающей фее в каждую руку, показать обеим узбечкам из окна этот большой прекрасный мир, в котором ярко светит солнце и сам Паша, яростно очаровывающий большой табун больших и крепких советских девиц. Феи будут орать и возмущаться, а я им буду лечить за то, что они буквально рискуют своими жопами за Пашу, а тот, сукин сын, безответственно покидает боевой пост и идёт трепаться с бабами.

— Ладно бы мы спали там или дрочили, — внушать я буду почти рычащим от злости Онахон и Охахон, — А вы себе представьте, что мы бы трупы по лестницам таскали, а, девочки? И что нам потом с полутора десятками дурёх этих делать? Свидетельниц? Ну-ка расскажите дяде Вите, как бы вы решали вот такую проблемочку? Расскажите, не бойтесь, ничего там с Пашей не сделают. Не сотрется он от такого количества. Проверено.

Феи ничего рассказывать не хотели, они хотели лететь за своим дурным обдолбанным мужиком, но этого я позволять им не собирался. Так мы и провожали взглядом уходящий вдаль табор, возглавляемый новым бараном с золотым руном.

— Витя! Какой же ты… бессовестный! — не вынесла одна из девчонок, всхлипнув от бессилия.

— Да ну? — потряс я зажатую в кулаке девушку, — А ну-ка подумай, что я должен был сделать с подчиненным, нарушившим мой приказ? За вами уже косяк есть. Так что соберите сопли в кулак и начните уже думать о том, где вы, кто вы и зачем вы. Понятно?

— Ты злой!

— Ты не хороший!

— Ыыыы…

— Так, что тут происходит⁈ — сквозь дверь влетела Палатенцо, имея вид заинтересованный и возмущенный. Хитрые феи просто не могли упустить такую возможность. Протянули вперед ручки и начали жалобно завывать «Ююююля!».

— Так, держи, — нашёлся я, сунув своей уже почти точно настоящей невесте обеих микроузбечек, — Держишь? Хорошо. Начинай утешать.

— Ч-что? — Юлька слегка выпала в осадок.

— Они сами расскажут, — махнул я рукой, ретируясь под жалостливые микроскопические стенания, — Будут пытаться удрать — током их, током!

В стенания добавился мат и угрозы. Ладно, хорошего понемножку, нужно бежать за Аносовым. Составим с ним протокол, привлечем сидящую внизу тетку свидетельницей, сделаю пару звонков… надо подложить соломки. А то вдруг у Паши получится со всеми? Ну, то есть со всей толпой?

У Паши получилось.

Об этом мы узнали, уже заселяясь в одну очень особенную гостиницу в Тверской области. Это была одноэтажная, точнее, с цокольным этажом, широкая и большая постройка, предназначенная для особо дорогих гостей города, приезжающих в небольших количествах. Сплошь обшитая деревянными панелями, гостиница была крайне уютным местом, а также частично и домом отдыха. В ней была великолепная сауна, немалых размеров бассейн, привозная кухня, возможность нажарить на заднем дворе собственные шашлыки, коптильня и… Да чего тут только не было!

Даже свежие газеты. Так бы я мимо прошёл, но худое, отчаянное и опухшее лицо Салиновского, украшающее передовицу, не позволило. Пришлось встать и читать. Хорошо, что у меня волосы уже много лет как торчат…

В общем, выпущенное на волю альтер-эго Паши дало стране если не угля, то поводов высрать кирпичей народного гнева — прямо с горкой. Давно уже не имевший нормального вагинального секса альфа-самец резко слетел с катушек и каким-то образом уговорил целую кучу девок на поход на пляж, перекрестив его на месте в нудистский и алкогольный. Дело было днём, так что компания развратничала в относительной безопасности, где им неслабо напекло головы и захотелось продолжения банкета. Его они продолжили у одной из пашиных «жертв» дома, откуда, слегка поредев в количестве, тоже успели смыться до того, как приехала вызванная соседями милиция, которой оставили несколько девок для вытрезвителя. В утешение, наверное, потому что думаю, что вряд ли эти девки были одетыми.

Затем «выжившие» пошли гулять… В общем, я просто не мог не ржать, читая, как теряя солдат и проигрывая бои, Паша, явно вштырившийся еще где-то по дороге, продолжал упорно вести войну до последней комсомолки. Его с неё и сняли, причем в фонтане. Конечно, история была подана как захватывающий детектив с таинственным злокозненным разумом (да сколько там мозгов-то?), но в конце лихой журналист устроил классный твист, представив самого Салиновского жертвой обстоятельств и злоумышленников. Последнему сильно помогли как мои и Аносова заявы, так и показания тетки в приёмной гостиницы. Отлично вышло.