Воровали меня быстро и профессионально. Спустя час с лишним езды с явным превышением скорости, маски-шоу убыли по своим омоновским делам, а их место заняли другие вооруженные личности, некультурно наставившие на меня автоматы все как один. Издав несколько возмущенных предложений, я поелозил на месте, а затем затих, скорчив еще более испуганную рожу. Никого это не впечатлило, так что продолжил любоваться мушками на калашах.

Мы ехали на маленький военный аэродромчик.

Командир похитителей оказался мандражирующим плотным мужиком в летах, чуть ли не приплясывающим у своей «волги». Приемная комиссия из десятка мужиков возле старого-доброго АН-12, дожидавшегося меня на взлетной полосе, тоже вела себя нервно. Тем не менее, меня в первую очередь потащили именно к нервничающему субъекту. Тут уже моя терпелка дала сбой, заставляя активировать особый протокол стакомовских «часов».

— Что ж вы, Никодим Юрьевич, так обосрались? — негромко и ласково спросил я раскрывшего рот человека под щелчки замков отключающегося КАПНИМ-а, — У нас теперь к вам появились вопросы…

А затем я начал убивать. Быстро, грязно, моментально сменяя формы с туманной на телесную. Нанося удары, разрывающие солдат на части, либо швыряя их самих в ближайшую доступную цель. Последнее стало чистой воды позерством, но мне очень захотелось увидеть, что может быть с самолетом, если в него бросить человеческое тело. Больное любопытство, да. На всех, за исключением упомянутого Никодима Юрьевича Головицына, генерала-лейтенанта и просто нехорошего человека. Он, в отличие от остальных, бывших простыми (московскими) исполнителями, кое-что знал.

— Кому вы собирались меня передать? — спросил я мертвенно-бледного мужика, удерживая болезного за горло. Надо же, крепкий, упитанный, полтинник недавно стукнул. Жил бы да жил еще лет тридцать-сорок. Дача наверняка есть. Но нет, захотелось большего.

— Ты… — засипел человек, не отрывая полного ужаса взгляда от моего лица. Видимо, тоже был в курсе этой милой фишки Симулянта, уже поняв, что ему каюк. Долгий, болезненный и мучительный.

— Я-я. Колитесь, тогда быстро убью. У меня приказ зачистить вас всех. Имя, Никодим Юрьевич, имя. Меня люди ждут. Василевскому? Горошину? Стохановской?

Неправильно я допросы веду. Лишенный надежды человек склонен вредничать. Или правильно, сразу-то всё узнавать неинтересно. Всё-таки, сегодня был очень непростой день…

Спустя пятнадцать минут, получив и перепроверив ответ, я перепроверил его еще раз, погрузив слегка поломанного генерала в свой туман. Закончив «обработку», отошел одеться, и, подняв с асфальта часы, прожал на них комбинацию боковых клавиш, внятно доложив:

— Все трое, они договорились действовать вместе. Забирайте генерала, он готов. Я вам еще пилотов оставлю, не знаю, что с ними делать. Отбой.

Всё, теперь можно идти вязать засевших в самолете орлов, а потом валить до дому до хаты. Только КАПНИМ сопру. Он мне понадобится с такой жизнью. И «волгу» сопру. Не лететь же мне назад своим ходом? Стоп, а карты города тут нигде нет? Я ж понятия не имею, как возвращаться назад…

Глава 11

Побег от снайпера

Чего я точно не предполагал в этой своей бурной жизни — что окажусь на чаепитии среди аристократов. Все эти помешивания чая без дзыньканья ложечкой о стенки, разговоры о погоде, сложная мимика, легкие движения…

— Так, прекращаем фарс, — моя пролетарская терпелка показала дно куда быстрее чашки, — Итак, что вы можете? Умеете? Как общаетесь между собой? На какие расстояния? Можете ли делать это м…

— Молодой человек! Простите, не стал запоминать вашего имени… — тут же вскинулся фантом, выглядящий как лощеный донельзя испанский юноша, — Вы задаете совершенно неуместные вопросы! Бестактные! Грубые! Совершенно не соответствующие вашему статусу! Извольте сохранять тишину, не мешайте нам пить чай!

Каким образом фантомы реально пили чай — я не понимал.

— Вы лишь осколки воображения психически нездоровой женщины, — скривился я, — Беспомощной и обреченной. Либо вы сотрудничаете, либо я отправляю её в психушку. Может быть, вы будете пить чай все две недели, что ей остались…

— Да как ты смеешь! — с этим криком меня попытались взять за горло, но в результате взял я. Не самого фантома, запросто теряющего плотность при желании, а его владелицу, бледную и запыхавшуюся, которую я затащил к себе после утренней пробежки. Остальная троица моих «собеседников» тоже вскочила на ноги с воинственным видом.

Начинает утомлять. Сколько раз я эту дуру уже таким образом хватаю? А что можно сделать, раз горло — самое узкое место человека, за которое удобно хвататься одной рукой?

— Объясняю для придурков, — голый я, переместившийся туманной трансформацией, поболтал хрипящей и хватающей воздух руками Акридой, — Я настолько же неуязвим, как и вы. Даже еще круче. Поэтому, либо вы беретесь за разум, либо…