Читаем Команда кошмара полностью

У Раисы Джумберовны был секрет, который она тщательнейшим образом скрывала. Только вот скрыть его от призрака и лучшего в мире специалиста по психологии неосапиантов она не смогла. Юлька, получив от меня доступ к делу Сумароковой, просидела полтора часа на телефоне, консультируясь с Кладышевой, а потом пришла ко мне с довольным видом и неожиданными новостями.

— Вы, Акрида, уже давно не можете писать, — вздохнув, обратился я к испуганной женщине, зажимающейся в кресле, после того как я её отпустил, — Более того, вы никогда и не умели. Вся ваша жизнь, все её достижения, все эти миллионные тиражи — заслуга исключительно Изекииля Ла Франжа. Вашего первого фантома. Именно вместе с ним вы создали остальных авторов-героев — Катерину Превознесенскую, Лили Кордову, Майкла Люминуса. Всех четверых. Но больше этой четверки ваш мозг не тянет, это предел способности, а значит — вы больше не пишете. Пытались, да, затем, отчаявшись, просто делали вид, затем поверили в него…

— Откуда ты знаешь⁈ — вполне закономерный вопрос, но вырвавшийся совершенно синхронно из пяти глоток, одной живой и четырех фантомных.

— От верблюда, — буркнул я, — Вы что, себя самыми умными считали? Так это вы только в палате такие… если, конечно, сидели в одиночке.

Всё, враг был сломлен, разбит и раздавлен, наглухо. Эмоциональная сфера у нашей многополюсной авторши едина на всю её шизофрению, так что все пятеро сейчас испытывали одинаковый разрыв шаблона от гнетущей правды жизни. Или прозы, как правильно?

— Надеюсь, теперь мы с вами всё прояснили? — устало вздохнул я, обещая себе, что вот любой, абсолютно любой выбрык от Акриды — и я просто оторву ей голову. А потом скажу Окалине… что-нибудь хорошее. Сил уже никаких нет. Вон башкиру отдал готового на всё Конюхова, и они с этим засранцем буквально сразу нашли общий язык. Теперь Слон обучает Глаза ориентировке на местности, а я всё еще вожусь с этой… психованной клушей.

Ну, кажется, всё. Что сама Раиса Джумберовна сейчас ревела самым некрасивым образом, что её четыре осколка личности. Мда, зрелище заливающегося соплями и слезами аристократа — это такое себе.

Я закурил, дожидаясь, пока это всё стадо придёт в себя.

Спустя почти три часа, когда собирался отпраздновать тяжелую победу пивом, пришлось менять планы — новгородские комсомолки похитили Салиновского, которому я приказал бдить и не пущать. В результате, сидящая в приёмной боевая тетка никого не пустила, как бы слёзно не умоляли её девушки, а вот тощий и смазливый блондин, находящийся в пределах доступа, то есть в холле, такой протекцией не обладал.

— Как это — унесли?

— Ну как-как? — удивилась та самая тетка на мой оторопелый вопрос, — Взяли и унесли! Чего там нести-то?

Да твою ж налево! А если сейчас журналюги придут или вторая пачка комсомолок⁈ А если просто какие-нибудь наглые фанаты тетку пройдут? Ну Паша… ну погоди…

Искать пропажу долго не пришлось, воображения у похитительниц дальше «давайте его оттащим вооон туда, а потом как начнем расспрашивать!» не хватило. И слава яйцам, должен сказать. Во всяком случае, ничего более легкого, чем поиск табуна крепких девок, обступивших на солнышке свою блондинистую жертву, у меня давно не было.

…они ему еще и мороженое купили! И сами жрут!

— О, Витя! — щедро подлил огня под мой вскипающий чайник дико проштрафившийся блондин. Бабское окружение тут же раздалось передо мной, как море перед Борисом Моисеевы… а, нет, просто Моисеем. Хотя я б на месте моря и на первом варианте также поступил.

— Павел Иннокентьевич, — улыбнулся я подрагивающими губами, подходя к нему вплотную, — Вы почему пост покинули?

— Ну… — блондин заозирался, чуть ли не крича всем своим видом о том, какой он невиновный сидит тут, доедая явно не первый стаканчик пломбира (вафельный!!), — А что такое? Я же отсюда вход вижу!

— Очень за тебя рад, — хлопнул я его по плечу, — Прямо невероятно. Считай, у тебя сегодня отгул, ни в чем себе не отказывай.

И начал сваливать.

— Товарищ Изотов! — самая активная или сообразительная из девок успела очухаться от появления здоровяка в полумаске, — Куда же вы⁈ У нас к вам вопросы!

— Милые девушки! Да мне насрать на ваши вопросы! — по-доброму улыбнулся я, вновь оборачиваясь к этому кагалу и с удовлетворением наблюдая, как мало что понявший Паша закидывает себе в пасть остаток вафельного стаканчика с мороженным и подсыпанной мной крошкой лаврового листа.

Девки аж рты пораскрывали. Ну да, как жеж так, почти знаменитость и такое…

— Точно также, как и вам всем насрать на то, что люди, давшие в этом городе такой большой и хороший концерт, устали, — продолжил я, — Что они хотят отдохнуть. Что им завтра в шесть утра выезжать дальше, в Тверь. На автобусах. Вам на это плевать. Среди вас я не вижу даже журналистов, лишь толпу любопытных девчонок-вредительниц с избытком свободного времени. Ни совести, ни мозгов, только шило в жопе. Попробуете еще сунуться в гостиницу — закрою на пятнадцать суток. Всех. Всё понятно?