Читаем Колеса полностью

Отправились они на машине, что заняло гораздо больше времени, чем накануне на вертолете, и дало возможность Эрике чуточку забыться и прийти в себя. Во всяком случае, она была рада, что уехала из мотеля. Как и весь уик-энд, погода стояла дивная, и пейзажи Алабамы радовали глаз.

На автодроме, в ложе, отведенной для компании, все, казалось, было, как всегда, как и накануне до катастрофы: шел оживленный разговор о том, что оба фаворита сегодняшней гонки “Талладега-500” поедут на машинах компании. Эрика вспомнила, что ее как-то знакомили с одним из гонщиков – его звали Уэйн Онпэтти.

Если сегодня первым к финишу придет Онпэтти или другой фаворит, Бадди Андлер, вчерашняя неудача забудется, поскольку “Талладега-500” – более трудное и, следовательно, более важное состязание.

Главные гонки проводились, как правило, в воскресенье, и фирмы по производству автомашин, автопокрышек и прочего оборудования избрали своим девизом “В воскресенье – побеждай, в понедельник – продавай!”.

В ложе компании, как и вчера, оказалось полно народу. Хаб Хыоитсон, снова сидевший в первом ряду, был явно в хорошем настроении. Кэтрин, как заметила Эрика, устроилась сзади и, не поднимая головы, по-прежнему занималась своим вышиванием. Эрика выбрала место с краю в третьем ряду, надеясь, что не будет привлекать к себе лишнего внимания. Адам все время сидел рядом с Эри-кой – только однажды он на несколько минут вышел из ложи, чтобы поговорить со Смоки Стефенсеном.

***

Пока полным ходом шли приготовления к старту, торговец автомобилями жестом попросил Адама подойти. Выйдя из ложи через служебный выход следом за Смоки, Адам постоял с ним под горячими лучами яркого солнца. Отсюда не было видно трассу, зато до них донесся рев моторов – это ушли на дистанцию головная машина и полсотни участников гонки.

Адам вспомнил, что познакомился с Пьером Флоденхейлом, когда впервые зашел к Смоки в магазин примерно в начале года, – Пьер подрабатывал там продавцом.

– Мне очень жаль Пьера, – проговорил Адам. Смоки поскреб рукой щетину на подбородке – к этому жесту Адам уже успел привыкнуть.

– В некотором отношении этот малый был для меня как сын. Можно сколько угодно твердить себе, что такое всегда может случиться, что это – часть игры: я в свое время прекрасно это понимал, как и он. И все же, когда такое случается, ничуть не легче от того, что разумом ты все понимаешь. – Смоки заморгал, и Адаму открылась та сторона характера торговца автомобилями, которую тот редко обнажал. – Это было вчера. Сегодня – новый день, – отрывисто бросил Смоки. – И мне хотелось бы знать – у вас уже был разговор с Терезой?

– Пока нет. – Адам знал, что месячная отсрочка, которую он предоставил Смоки, прежде чем его сестра продаст акции “Стефенсен моторе”, скоро истечет. Но Адам ничего не сообщил Терезе. – Я не очень уверен, что так уж необходимо советовать моей сестре избавляться от акций, – сказал он.

Смоки Стефенсен внимательным взглядом окинул лицо Адама. Это был проницательный взгляд, от которого, Адам понимал, мало что ускользает. Именно эта проницательность и побудила Адама в последние две недели пересмотреть свое мнение о фирме “Стефенсен моторе”. Дело в том, что в системе торговли машинами давно уже пора было многое менять. Но Адам считал, что Смоки выживет, ибо борьба за жизнь была для него естественным делом. Учитывая это, Адам не видел более выгодных возможностей для помещения капитала Терезы и ее детей.

– Думаю, сейчас самое время для постепенной распродажи акций, – заметил Смоки. – Поэтому я не стану нажимать – просто буду ждать и надеяться. Но в одном я нисколько не сомневаюсь. Если вы все же передумаете, то будете действовать прежде всего в интересах Терезы, а не моих.

– Тут вы абсолютно правы, – с улыбкой заметил Адам.

– А ваша жена оправилась? – поинтересовался Смоки.

– По-моему, да, – ответил Адам. Судя по реву моторов, темп гонки нарастал, и оба вернулись в ложу компании.

***

Автогонки, как вина, бывают удачные и неудачные. Для “Талладега-500” этот год оказался сверхудачным – состязание развивалось быстрым темпом и было захватывающе интересным, начиная со стремительного старта и кончая блистательным финишем. На протяжении ста восьмидесяти восьми кругов, то есть немногим более пятисот миль, лидерство неоднократно переходило от одного гонщика к другому. Уэйн Онпэтти и Бадди Андлер, фавориты фирмы, где работал Адам, неизменно шли впереди, но у них было с полдюжины сильных соперников, в том числе победитель субботней гонки Головорез, почти все время возглавлявший состязание. Хотя такой свалки, как накануне, не произошло и ни один гонщик не пострадал, с десяток машин из-за технических неполадок сошли с дистанции, а еще несколько получили повреждения. Желтые предупредительные флажки, требующие снижения темпа, редко взвивались в воздух – подавляющая часть гонки проходила на предельных скоростях, при зеленых флажках.