Читаем Книга Судеб полностью

Ближайшие сподвижники были озабочены выбором нового предводителя уммы. Часть мусульман во главе с Абу Бекром и Омаром заявила, что наследником пророка может быть только курейшит, руководствующийся в своей деятельности кораном и сунной. Другая часть, возглавляемая Али ибн Абу–Талибом, настаивала на том, что наследником пророка может быть только его ближайший родственник, так как только он может правильно толковать коран, благодаря особой духовной силе доставшейся ему от Мухаммеда. Так зародилось разделение ислама на две ветви — суннизм и шиизм, сторонники которых вскоре станут проливать кровь друг друга в борьбе между собой. После долгих споров победила первая точка зрения и "заместителем посланника Аллаха" — халифом был избран Абу Бекр ас–Сиддик, друг, сподвижник и тесть пророка. После избрания старые друзья, родственники и последователи вспомнили о своем пророке. Целые сутки его неприбранное и неомытое тело одиноко пролежало в закрытом для всех домике Айши. Тело, не снимая одежды, в которой он умер, омыли и, завернув в три белоснежных хлопчатобумажных савана, положили на ложе. После прощания мусульман с пророком, его бренные останки были погребены там, где он умер на третий день после кончины (Мухаммед умер 8 июня 632 года, его гробница в Медине является второй, после Каабы, святыней ислама и местом паломничества).

Как только весть о смерти пророка распространилась по Аравии, многие племена и роды восстали. Огонь восстания пожирал труды пророка. Власть халифа ограничивалась Меккой и Мединой. Многочисленные пророки, в том числе пророк Неджда Маслама и его войско представляли реальную угрозу. Абу Бекр разгромил восставших и привел их в покорность. Пророк Неджда погиб в бою. Почти все арабские племена признали власть халифа. Покорив Аравию, Абу Бекр начал завоевательные войны за пределами Аравийского полуострова. После двух лет правления смерть забрала первого халифа.

Вторым халифом был избран другой сподвижник и тесть Мухаммеда Омар ибн аль–Хаттаб (634–644). При нем арабы продолжили завоевания. Мусульмане покорили Палестину, Сирию, Иорданию, Азербайджан, Армению, Египет, Ливию, Месопотамию. Но эти победы говорят не о силе завоевателей, а о слабости покоренных. Персия и Ромейская империя в течение нескольких столетий вели между собой кровопролитные войны. Людские и материальные ресурсы этих стран были истощены, и как часто бывает, от противостояния двух сторон выигрывает третья. Кроме того, Персия подверглась, оказавшемуся гибельным для страны, негативному влиянию окончания цикла Аравийской Судьбы. Государство Сасанидов к 653 г. полностью вошло в халифат. Ромейская империя выдержала удар. Арабы захватили у ромеев только отдаленные от метрополии земли населенные в основном теми же арабами, т. е. арабы завоевали арабов.

Победы арабам обеспечивал так же беспощадный грабеж покоренных народов, вернее остатки народов, т. к. арабы безжалостно вырезали мужское население, а женщин продавали в гаремы (13, с. 101). Раб перс Абу–Лулу Фируз, доведенный до отчаяния непомерными поборами, обратился с жалобой на своего господина к Омару. Халиф не оказал помощи презренному рабу. На следующий день раб зарезал халифа в мечети.

Третьим халифом был избран ближайший соратник пророка Осман ибн Аффан (644–654), племянник Хадиджи и их зять из рода Омейя (Женой его была дочь пророка Рукайа, после ее смерти он взял в жены другую дочь пророка, Умм Кульсум. Обе умерли еще при жизни Мухаммеда, как и все его дети. Только Фатима, жена Али ибн Абу–Талиба, пережила отца на полгода).

Завоевания были продолжены. Окончательно покорена Персия, захвачен Дагестан, Кипр. Воины ислама поили своих коней водами Амударьи. Халиф, кроме ислама, яро исповедовал непотизм и поклонялся золотому тельцу. При дележе добычи он большую часть отбирал для себя.

Недовольные Османом ревностные мусульмане, в основном шииты, сторонники Али, под видом паломников прибыли в Медину и объединившись с жителями города, потребовали у халифа убрать всех его родственников с должностей. Осман дал согласие, но его племянник Мерван, фактический правитель халифата, отдал тайный приказ уничтожить всех вождей недовольных. Письмо было перехвачено. Шииты окружили дом халифа и ворвались в дом. Осман встретил их, держа в руках созданный по его приказу Коран (Пророк Мухаммед не писал Коран. Эта книга была написана спустя годы после смерти пророка со слов его последователей). Заместителю посланника Аллаха перерезали горло и на священную книгу пала кровь праведного халифа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное