Читаем Книга попугая полностью

Следовательно, не будет ошибочным утверждение, что предлагаемая в наши дни вниманию читателя книга была выбрана и одобрена к переводу на русский язык еще в далеком 1919 г. при участии М. Горького. Трудно в нескольких словах описать, как много сделал этот человек для развития нашей советской литературы, для расширения читательского кругозора советского человека. Бесконечно много сделал он в те трудные годы и для русских востоковедов. Для подготовки переводчиков при издательстве в 1919 г. была открыта литературная студия. Члены коллектива Восточной коллегии испытывали большие трудности, ибо в ту пору еще не были разработаны принципы художественного перевода с восточных языков. Лучшие переводы членов Восточной коллегии печатались в журнале «Восток» (с 1922 по 1925 г. вышло пять книг журнала).

М. Горький принимал самое деятельное участие в работе Восточной коллегии. Он был не только организатором, но и выступал на обсуждениях переводов с критическими замечаниями, а порой и сам редактировал переводы. «…Все перерабатывал заново, до неузнаваемости исчеркивал каждую рукопись своими поправками»[17]. И не раз сотрудники коллегии поражались обширным познаниям Горького в области восточных литератур.

В конце 1921 г. Горький тяжело заболел и по требованию врачей и В. И. Ленина должен был уехать на лечение за границу. Однако связи с созданным им издательством он не порывал. В одном из писем востоковеду академику С. Ф. Ольденбургу он писал: «Я наблюдал, с каким скромным героизмом, с каким стоическим мужеством творцы русской науки переживали мучительные дни голода и холода, видел, как они работали». И действительно, была проделана поистине огромная работа, и в портфеле Восточной коллегии скопилось много переводов, часто уже готовых к печати, которые так и не увидели света: шла гражданская война, и книги было печатать негде и не на чем.

Такая же участь постигла и рукопись перевода «Книги попугая». На многие годы она переселилась из портфеля издательства в письменный стол Е. Э. Бертельса.

В 1937 г. по инициативе А. Н. Толстого и при непосредственном участии литературоведов и востоковедов Москвы и Ленинграда была начата подготовка двух вариантов издания «Литература народов СССР». Один вариант предназначался для советской молодежи как книга для чтения. Другой — более специальный — задуман был как учебное пособие для учащихся старших классов и студентов гуманитарных вузов.

Одновременно с этими двумя книгами предполагалось издать в русском переводе ряд сочинений писателей и поэтов восточных народов СССР. Перевод «Книги попугая» был просмотрен А. Н. Толстым, он его одобрил, и машинопись, та самая, что в свое время лежала в портфеле «Всемирной литературы», была направлена в Гослитиздат. В 1940 г. перевод был принят к печати, но вскоре началась война, Е. Э. Бертельс был вместе с институтом эвакуирован из Ленинграда в Ташкент, и след машинописи затерялся.

В 1956 г. Евгений Эдуардович как-то сказал автору этих строк: «Где-то в Ленинграде, может быть, находится рукопись моего перевода „Тути-наме“. Хорошо бы ее разыскать». Начались поиски, но без результата. Шли годы, и надежда разыскать перевод постепенно таяла. И вот зимой 1974 г. мне позвонила по телефону Н. П. Корыхалова[18] и сообщила, что машинопись перевода «Тути-наме» нашлась у нее в квартире. Время основательно потрудилось над машинописью: бумага пожелтела и по краям стала хрупкой, как лепестки слюды, лиловые буквы текста на многих страницах так сильно выцвели, что прочитать их стоило немалого труда. Часть перевода сохранилась не только в машинописи, но и в рукописном варианте Е. Э. Бертельса и почти совсем не пострадала.

Перевод был сделан Е. Э. Бертельсом по рукописи. В Рукописном отделе Ленинградского отделения Института востоковедения АН СССР, как упоминалось, хранится восемь рукописей «Тути-наме» Нахшаби. Путем тщательного сравнения перевода с этими рукописями удалось установить, что перевод был сделан не по одной, а по трем рукописям — С118, С120 и С121. В очень хорошем списке конца XVII — начала XVIII в. (С121), привезенном К. Г. Залеманом в 1908 г. из Бухары, отсутствует последний, пятьдесят второй, дастан (рукопись дефектна), в то время как в рукописи С120 нет начала, а в рукописи С118 отсутствует несколько листов посередине. Эта последняя рукопись из библиотеки Великих Моголов в Индии была переписана не позднее 1693 г. и поступила в Азиатский музей в 1819 г. в составе «Коллекции Руссо». Таким образом эти три рукописи дополняют друг друга и дали возможность восстановить полный текст «Книги попугая». В основу перевода была положена рукопись С121.