Жирно лоснятся колбы.

Сухим блеском сверкают пробирки.

Провода и стержни, стеклянные трубочки переплелись самым причудливым образом, точно лианы.

Да и вообще все это обилие приборов, установок, сосудов, трубочек выглядит непроходимыми джунглями…

Самое удивительное то, что все это буйство стеклянных джунглей — дело рук самих ребят.

Уфимский ордена Ленина нефтеперерабатывающий завод, шефствующий над школой, снабдил юных химиков необходимыми деталями. Из них и других отходов ребята соорудили приборы, позволяющие им в лабораторных условиях повторять сложнейшие процессы, которые совершаются на химических предприятиях.

Вот громоздится действующая установка глубокого каталитического крекинга нефтепродуктов. Это завод-крекинг в миниатюре. На этой самодельной установке применяются высокие давления и температуры. Режим работы предельно суровый: бензин и другие светлые нефтепродукты получают из самого что ни на есть отхода — гудрона, который обычно идет лишь на покрытие дорог.

Быть по возможности близким к заводской практике — основной девиз внучат Менделеева.

Приведу еще один пример.

Серную кислоту можно получить по-разному. Самый легкий способ, который обычно и демонстрируется на уроках химии, — разложить ее на составные части, а затем вновь собрать. Это опыт ради опыта. Ясного и яркого представления о получении кислоты он не дает.

В клубе юных химиков на специальной установке серную кислоту извлекают из серного газа. Газ этот ребята достают на заводе «Синтезспирт», который также расположен недалеко от школы. Вот это опыт!

В общем, в клубе занимаются серьезными делами.

Кстати, опыт получения растительного масла так же во всех тонкостях повторяет заводской процесс.

«Юный химик» пользуется огромным авторитетом в школе. Не всякого желающего примут в клуб. Вначале — будь добр! — заслужи звание пионера-инструктора. После этого тебя изберут кандидатом, а уж потом действительным членом.

Взнос при приеме особый — вещь, сделанная своими руками.

Даже после окончания школы воспитанники Факии Малиховны всегда пользуются случаем, чтобы на час-другой забежать в клуб. Чуть ли не каждый день инженеры, студенты, рабочие — бывшие ученики — занимают кафедру вместо своей учительницы химии.

За пять лет проведены десятки научных конференций, занимательных вечеров и утренников, прочитаны интересные доклады и лекции.

Каждая новая тема — большой труд. Ребята облазили чуть не все цехи нефтезаводов, завязали дружбу с комсомольцами научно-исследовательских учреждений.

На заводах и в институтах членов клуба «Юный химик» принимают с распростертыми объятиями.

Все бывшие президенты клуба учатся на химических факультетах университетов.

Все новые и новые ребята приходят к Факие Малиховне. И многие из них на всю жизнь связывают свои судьбы с судьбой Большой Химии, волшебное ожерелье которой протянулось от Уфы до Салавата.

Операция «Урожай»

Расскажу о том, как Большая Химия печется о хлебе.

Итак, об операции Большой Химии «Урожай».

Уфимский завод синтетического спирта — крупнейший в стране. Здесь впервые в Советском Союзе спирт стали получать путем прямого соединения этилена с водой.

Пройдемте вдоль труб, заглянем в цехи.

Этилен вместе с другими газами приходит сюда с нефтеперерабатывающих заводов. При температуре в 830 градусов его расщепляют, сжимают, отделяют от других газов, очищают. После этого сжатый с удвоенной силой этилен в основных реакторах смешивается с горячими парами воды.

Какой-нибудь час проходит с того момента, как газ поступает на завод, и вот уже готов синтетический спирт — очень нужный промышленности продукт. Спирт из газа — дорогой продукт, а добывается из дешевого, почти дармового.

А раньше этиловый спирт приходилось получать из хлеба. Поглядите, что получается: уфимские химики не только производят драгоценный продукт, но еще и сберегают зерно. На каждой тонне спирта — четыре-пять тонн хлеба!

— Таких урожаев, как на поле Химии, нигде нет, — сказал мне главный инженер завода. — Ежегодно из газа мы производим столько спирта, что на его производство в недалеком прошлом едва бы хватило шестьсот — семьсот тысяч тонн зерна. Это половина того хлеба, который ежегодно Башкирия продает государству. Но ведь хлебное поле республики занимает три миллиона гектаров, а наш завод каких-нибудь сто пятьдесят гектаров. Выходит, наш гектар «рождает» в год что-то около трехсот тысяч пудов зерна!

Такие вот урожаи у волшебницы-химии!

Но башкирские химики не только сберегают хлеб, они увеличивают его урожаи. Не так давно салаватцы освоили производство карбамида. Стоит добавить в почву совсем немного этого порошка, как урожай намного увеличивается.

Если карбамид подмешать в корм животным, они быстро нагуливают дополнительный вес.

Не зря во время строительства новых цехов по всему Салаватскому комбинату висели плакаты: «Карбамид — это хлеб!», «Карбамид — это мясо!», «Карбамид — это молоко!»

Башкирские химики не только сберегают хлеб, не только увеличивают его урожаи, — они защищают его от сорняков.