— Господин Старк и доктор О'Доннелл еще не подъехали, тоже запаздывают.

— Еще не подъехали? Что ж, тем лучше.

— Господин Сансоне и доктор Айлз в столовой, если вам угодно к ним присоединиться.

— Господи, я бы с радостью чего-нибудь выпила.

Вошедшая в столовую женщина была высока ростом, да и статью отличалась завидной; квадратные плечи облегала твидовая спортивная куртка с кожаными нашивками в виде эполет. Хотя волосы у нее были с проседью, в движениях угадывались присущие юному возрасту живость и самоуверенность. Она, не колеблясь, направилась прямо к Мауре.

— Вы, должно быть, доктор Айлз, — сказала она и пожала Мауре руку. — Эдвина Фелуэй.

Сансоне протянул новоприбывшей гостье бокал вина.

— Как обстановка на дорогах, Винни?

— Чудовищная. — Она пригубила из бокала. — Странно, что Олли до сих пор нет.

— Сейчас ровно восемь. Он приедет вместе с Джойс.

Эдвина разглядывала Мауру. Ее взгляд был прямым, даже несколько навязчивым.

— Ну как продвигается дело?

— Мы об этом не говорили, — заметил Сансоне.

— В самом деле? Но ведь этот случай ни у кого из нас не выходит из головы.

— Я не могу его обсуждать, — сказала Маура. — Надеюсь, вы понимаете, почему.

Эдвина взглянула на Сансоне.

— То есть она еще не дала согласие?

— Согласие на что? — полюбопытствовала Маура.

— Стать членом нашей группы, доктор Айлз.

— Винни, ты немного торопишься. Я пока еще не успел объяснить.

— …что такое Фонд Мефисто? — закончила за него Маура. — Вы это имеете в виду?

Наступила тишина. В соседней комнате зазвонил телефон.

Эдвина вдруг усмехнулась.

— Она на шаг впереди тебя, Энтони.

— Откуда вы знаете о фонде? — спросил он, взглянув на Мауру. — И тут же догадавшись, вздохнул. — Ах, ну да, детектив Риццоли. Слышал, что она наводила справки.

— Ей за это платят, — заметила Маура.

— Она наконец успокоилась и поняла, что мы вне подозрений?

— Она не любит таинственности. А ваша группа очень загадочна.

— Поэтому вы приняли мое приглашение и пришли. Чтобы узнать, кто мы такие.

— Похоже, я уже узнала то, что нужно, — возразила Маура. — И, кажется, услышала предостаточно, чтобы все для себя решить. — Она снова поставила бокал на стол. — Меня не интересует метафизика. Знаю, на свете есть зло, и было всегда. Но, чтобы это объяснить, вовсе не обязательно верить в Сатану или демонов. Люди способны творить зло и своими собственными руками.

— Стало быть, у вас нет ни малейшего желания вступить в наш фонд? — спросила Эдвина.

— Ни малейшего. К тому же мне, кажется, пора.

Она повернулась — и увидела в дверях Джереми.

— Господин Сансоне! — Слуга держал в руке портативную телефонную трубку. — Это господин Старк. Он очень встревожен.

— Что случилось?

— За ним должна была заехать доктор О'Доннелл, но ее до сих пор нет.

— Когда она должна была заехать?

— Сорок пять минут назад. Он ей звонил, но она не отвечает ни по домашнему телефону, ни по сотовому.

— Дайте-ка я сам попробую ей набрать.

Сансоне взял трубку и набрал номер. В ожидании ответа он постукивал пальцами по столу. Потом отключил связь и, набрав номер повторно, принялся отбивать пальцами уже более частую дробь. В комнате никто не проронил ни слова; присутствующие не сводили с него глаз, прислушиваясь к дробному стуку его пальцев. В ночь гибели Евы Кассовиц члены фонда сидели в этой самой комнате и даже не подозревали, что Смерть совсем рядом. Что она уже проникла в сад и оставила на двери странные знаки. Пометила дом.

«А быть может, и людей, которые там находились».

Сансоне отключил трубку.

— Может, лучше позвонить в полицию? — предложила Маура.

— О, Джойс могла просто забыть об уговоре, — предположила Эдвина. — По-моему, вмешивать полицию пока рановато.

— Что, если мне съездить к доктору О'Доннелл домой и выяснить, что к чему? — предложил Джереми.

Сансоне некоторое время молча смотрел на телефон.

— Нет, — наконец проговорил он. — Поеду я. А вы лучше оставайтесь — вдруг Джойс сама позвонит.

Маура прошла следом за ним в переднюю — там он достал из шкафа пальто. А Маура надела свое.

— Пожалуйста, останьтесь на ужин, — попросил он, потянувшись за ключами от машины. — Вам нет надобности торопиться домой.

— А я и не собираюсь домой, — сказала она. — Я еду с вами.

22

На крыльце дома Джойс О'Доннелл горел свет, но на звонки в дверь никто не отвечал.

Сансоне подергал за дверную ручку.

— Заперто, — заключил он и достал из кармана сотовый. — Попробую-ка еще раз позвонить.

Пока он набирал номер, Маура спустилась с крыльца, отошла назад, на тротуар, и оглядела дом О'Доннелл: из окна второго этажа в темноту ночи проливался яркий свет. Внутри приглушенно звонил телефон. Потом снова наступила тишина.

Сансоне прекратил звонить.

— Срабатывает автоответчик.

— По-моему, пора звонить Риццоли.

— Рано пока.

Он достал фонарик и направился по расчищенной от снега дорожке к боковой стороне дома.

— Вы куда?

Он молча двигался к подъездной аллее, и его черное пальто сливалось с темнотой ночи. Вскоре луч фонарика, скользнув по вымощенной плиткой дорожке, скрылся за углом дома.

Маура осталась в палисаднике одна; она стояла и слушала, как на ветвях у нее над головой шуршат мертвые листья.