Читаем КИЧЛАГ полностью

Выдал хозяин костюм,Одет, как фраер – с иголочки,Амур широк и угрюм,По берегу сосны и елочки.Выдал хозяин топор,Бугор разложил все по полочкам:«Отбатрачишь свой приговор,Валить будешь сосны и елочки.Делянки намечены, просеки,От пожара лес береги».Сухопутные мы матросикиВ бескрайнем море тайги.Мерцали далекие звезды,Валили стволы на венцы,Падали птичьи гнезда,Разлетались по тропам птенцы.У края восточной землиЛес давали стране,Плыли плоты-кораблиПо тихой амурской волне.Пилили сосны и ели,Лес шумел вековой,Засвистели в лесу метели,Варил чифир костровой.Весна на далеком Амуре,Природа идет по кругу,Полгода до зимней бури,Отправил весточку другу.Осталось треть отволочь,УДО и зачетов нет,Отступит восточная ночьЧерез пару нескорых лет.

СЧАСТЛИВЫЙ РЕЙС

На посадку спешит самолет,Звезды мерцают вдали,Бессилен в кабине пилот,Не коснутся колеса земли.По кругу пошел самолет,Любого пассажира спроси:Что значит – тревожный полет,Что значит – не вышло шасси.На земле не считают минут,Огонек зеленый такси,На земле наблюдают салют,Никак не выходит шасси.Не на шутку встревожен пилот,Не стала б трагичной точка,Жизни доверил народ…Дома осталась дочка.Заклинило где-то шасси,Прерванным будет полет,Землю быстрей запроси –Знает об этом пилот.Ответила быстро земля:Был он когда-то стажер,Успеха быстрого дляВспомни земной тренажер.В салоне покой, тишина,Взрослые спят и дети,О ЧП не узнала страна,Пассажир ничего не заметил.Колеса коснулись бетона,Качнулся и сел самолет,Груза свалилась тонна,Был счастлив безмерно пилот.

В ПУТИ

Виновен в сроке сам,По счету – третий перегончик,Катится по рельсамСтолыпинский вагончик.По-пьяни все в угаре,Вспоминать неловко,Играет четко на гитареПервоходок Вовка.Играй, гитара звонкая,Прогнозам вопреки,Между нарами и шконкоюДва месяца пути.Мелькают речки, елочки,Березки, топольки,Смотреть приятно с полочкиНа пристань у реки.Спой, гитара нежная,Про лунный вечерок,Расстался я с НадеждоюНа очень долгий срок.Стучат-стучат колесикиНа северо-восток,Осталися вопросики,Завышен явно срок.На свободе все подельники,Иду один за паровоза,Все дни мне – понедельникиИ лагерная проза.Столбы мелькают, домики,Переезды, переправы,Напишу на зоне томикиПро лагерные нравы.

МАЛИНОВЫЙ ПИРОГ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия