Читаем Хранитель смерти полностью

Джейн перевела взгляд на мэнского медэксперта, стоявшего рядом с ней на берегу. В угасающем свете дня белая чалма доктора Сингха казалась особенно яркой — она выделяла его среди других собравшихся здесь криминалистов, одетых более привычно. Джейн была поражена, когда доктор, приехав, вышел из грузовика, — она совершенно не ожидала встретить в северных лесах такую экзотическую личность. Но, судя по изношенным ботинкам «Л. Л. Бин» и походному облачению, которые лежали в багажнике его грузовика, доктор Сингх был хорошо знаком с дикими территориями Мэна. И уж конечно подготовился куда основательней Джейн, приехавшей в своем городском костюме.

— Женщину, которую вы разыскиваете, похитили четыре дня назад? — осведомился доктор Сингх.

— Это не она, — сказала Джейн.

— Нет, не она. Эта женщина пробыла под водой довольно долго. Как и те, другие образцы. — Доктор Сингх указал на останки животных, которые тоже вытащили из болота. Две хорошо сохранившиеся кошки и собака, а также скелеты, оставшиеся от неизвестных существ. Мешки с камнями, привязанные ко всем телам, не оставляли сомнений: несчастные создания не сами забрели в эту топь и утонули не по своей воле.

— Убийца экспериментировал с животными, — заключил доктор Сингх и повернулся к женскому трупу. — Похоже, он неплохо отточил мастерство консервации.

Вздрогнув, Джейн поглядела на другой берег болота, на тускнеющий закат. Фрост говорил ей, что болото — таинственное место, обиталище удивительного разнообразия орхидей, мхов и стрекоз. Сейчас, глядя на волнующуюся поверхность пропитанного водой торфяника, Джейн не замечала ничего таинственного. Она видела лишь холодное трупное варево.

— Завтра я проведу вскрытие, — сообщил доктор Сингх. — Если хотите посмотреть, добро пожаловать.

Больше всего Джейн мечтала вернуться домой, в Бостон. Принять горячий душ, поцеловать дочку и, пожелав ей спокойной ночи, улечься в постель с Габриэлем. Однако работа еще не была закончена.

— Вскрытие будет в Огасте? — спросила она.

— Да, около восьми часов. Так мне ждать вас?

— Я приеду. — Глубоко вздохнув, Джейн выпрямилась. — Думаю, мне стоит найти место для ночевки.

— До мотеля «Боярышник» несколько километров по главной дороге. Там хорошие завтраки. Не континентальная жуть, а чудесные омлеты и блинчики.

— Спасибо за совет, — поблагодарила Джейн. И добавила про себя: «Только патологоанатом, стоя над мокрым трупом, может восторженно рассуждать о блинчиках».

При свете фонарика она двинулась назад по тропе, которая теперь была помечена узкими полосками полицейской ленты оцепления. Выбравшись из чащи, Джейн отметила, что парковка начала пустеть — теперь там стояло всего несколько машин. Полиция штата уже обыскала здание, но ничего не обнаружила, кроме мусора и разлагающихся останков енота, которые Риццоли уже видела. Ни Джозефины, ни Брэдли Роуза им найти не удалось.

Однако он был здесь, подумала Джейн, поглядев на лес. Он оставил машину у тех деревьев. Прошел по тропе, ведущей к болоту. А там, потянув за веревку, выволок из воды одно из своих сокровищ, словно рыбак — свой улов.

Джейн забралась в машину и поехала прочь по изуродованной дороге — ее бедный «Субару» постоянно наталкивался на выбоины, которые во тьме казались еще более коварными. Не успела она свернуть на основную дорогу, как зазвонил ее телефон.

— Я дозванивался до тебя как минимум два часа, — сказал Фрост.

— Возле болота не было сигнала. Поиски закончили, но нашли всего одно тело. Я думаю, а вдруг у него есть еще один тайник…

— Ты где сейчас? — перебил ее Фрост.

— Я здесь переночую. Хочу присутствовать завтра на вскрытии.

— Я имею в виду — сейчас ты где?

— Еду в мотель. А что?

— Как называется мотель?

— По-моему, «Боярышник». Он где-то тут, поблизости.

— Хорошо, увидимся через пару часов.

— Ты приедешь в Мэн?

— Я уже еду. И не один.

— А с кем?

— Поговорим, когда доберусь.

Для начала Джейн заехала в аптечный магазин, чтобы приобрести новое нижнее белье и носки, а потом купила пиццу пепперони навынос. Повесив в ванной брюки, выстиранные на руках, она расположилась в номере мотеля «Боярышник» и стала, поедая пиццу, читать дело Джимми Отто. Дело состояло из трех папок — именно столько лет Джимми был студентом Института Хильцбриха. «Нет, не студентом, скорее, заключенным», — подумала Джейн, вспомнив чудовищное бетонное здание и отдаленное местоположение. Там основательно изолировали мальчиков, которых стоит держать подальше от своих дочерей.

И в особенности таких, как Джимми Отто.

Внимание Джейн задержалось на расшифровке признания, которое Джимми сделал во время сеанса терапии. Тогда ему было всего шестнадцать лет.