Читаем Хранитель смерти полностью

— Сейчас это запрещено. Нельзя просто так забрать что-нибудь из другой страны и притащить домой.

— Запреты существуют для тебя и меня, Фрост. А не для таких людей, как они.

— Да уж, эти Роузы вряд ли обрадуются, когда поймут, к чему мы задаем все эти вопросы. Думаю, больше пяти минут мы не продержимся — нас выкинут вон.

— Тогда, черт возьми, это будет самое красивое место, откуда нас выкидывали.

Они притормозили возле каменного портика, где их уже ждал какой-то человек. Точно не из обслуги, подумала Джейн, наверняка это сам Кимбалл Роуз. И хотя хозяину было уже за семьдесят, он казался высоким и прямым как стрела, а на его голове красовалась роскошная копна седых волос. Он был одет в повседневные брюки цвета хаки и рубашку-гольф, однако Джейн очень сомневалась, что этот темный загар появился лишь оттого, что господин Роуз коротал пенсию на игровом поле. Огромная коллекция скульптур и мраморных колонн на склоне холма свидетельствовали о куда более интересных увлечениях, чем удары клюшкой по мячу.

Джейн вышла из машины на сухой воздух и даже заморгала на обжигающем ветру. Кимбалл, казалось, вовсе не обращал внимания на жару — его рукопожатие было прохладным и твердым.

— Спасибо, что согласились встретиться с нами в столь короткий срок, — поблагодарила Джейн.

— Я ответил «да», только для того чтобы прекратить эти дурацкие расспросы, черт возьми. Здесь вам не за чем охотиться, детектив.

— Тогда много времени не потребуется. У нас всего несколько вопросов к вам и вашей жене.

— Моя жена не может разговаривать с вами. Она больна, и я не позволю вам ее расстраивать.

— Мы спросим о вашем сыне — только и всего.

— Она не вынесет никаких вопросов о Брэдли. Вот уже десять лет моя жена борется с лимфоцитарной лейкемией, и даже от малейшего расстройства она снова сляжет.

— Разговоры о Брэдли до такой степени расстраивают ее?

— Он наш единственный сын, и она очень привязана к нему. А уж если полиция подозревает его в чем-то, — это ей слушать совсем необязательно.

— Мы и не говорили, что подозреваем его.

— Нет? — Кимбалл бросил на Джейн прямой, но в то же время враждебный взгляд. — Тогда что вы здесь делаете?

— Брэдли был знаком с госпожой Эджертон. Мы просто прощупываем все возможные варианты.

— Долго же вы ехали, чтобы прощупать этот вариант. — Он повернулся к парадной двери. — Входите и давайте покончим с этим. Но скажу вам прямо сейчас — вы только теряете время.

После жары, царившей на улице, Джейн обрадовалась возможности охладиться в кондиционированном помещении, однако дом Роуза не показался ей гостеприимным, особенно неуютным его делали мраморная плитка и напоминавшая пещеру прихожая. Джейн поглядела вверх, на огромные балки, поддерживавшие сводчатый потолок. Несмотря на свет, который проникал сквозь разноцветные квадратики витражного окна, казалось, что деревянная обшивка стен и висевшие на них гобелены поглощают все яркие краски, погружая дом во мрак. Это не жилое помещение, подумала Риццоли, это музей, который должен выставлять напоказ приобретения помешанного на сокровищах коллекционера. В прихожей стояли доспехи, словно солдаты по стойке смирно. На стенах были укреплены боевые топоры и мечи, а с потолка свисал флаг, украшенный, без всякого сомнения, фамильным гербом Роузов. Неужели так обязательно иметь титул? Джейн задумалась: интересно, какие символы изображались бы на фамильном гербе Риццоли? Может быть, банка пива и телевизор?

Кимбалл увел гостей из парадной, и они оказались в следующей комнате — ощущение было такое, словно они переместились из одного тысячелетия в другое. Во внутреннем дворике, выложенном мозаичной плиткой, плескался фонтанчик. Здесь, проникая сквозь огромный застекленный потолок, царил дневной свет; он озарял мраморных нимф и сатиров, затеявших игру у самого фонтана. Джейн захотелось немного задержаться здесь, получше разглядеть мозаику, но Кимбалл провел их дальше, в следующую комнату.

Ею оказалась библиотека Кимбалла, и, зайдя туда, Джейн с Фростом застыли в изумлении. Книги заполонили все, куда ни глянь, — тысячи томов, расставленных в открытых трехъярусных шкафах. В темных нишах прятались египетские похоронные маски с огромными глазами. Купол потолка украшала роспись в виде ночного неба с созвездиями, которое пересекала царская процессия — за египетским парусным судном следовали колесницы, придворные и женщины с блюдами, наполненными яствами. В камине потрескивали настоящие дрова — весьма нелепое расточительство в жаркий летний день. Так вот почему в доме было так холодно — чтобы у очага казалось уютней.

Детективы сели в массивные кожаные кресла у камина. Июльская жара на улице была в самом разгаре, однако в этом полутемном кабинете казалось, что наступил декабрь, за окном порхают снежинки, и только языки огня в камине способны прогнать стужу.

— Больше всего мы хотели бы побеседовать с Брэдли, господин Роуз, — начала Джейн. — Но найти его пока не получается.

— Этот мальчишка нигде подолгу не задерживается, — ответил Кимбалл. — Я даже затрудняюсь сказать, где он сейчас.

— А когда вы видели его последний раз?