От Олега исходит сильное чувство поиска нового дома, попытки ассимиляции в новом обществе. Видно, насколько сильно он разочаровался жизнью в Украине.

[Олег, с досадой]: В наших странах о нас с тобой не позаботятся. Мы пашем и пашем, а потом нас на свалку выкинут

Пессимизм касается не только Родины, но и работы

[Олег]: Не знаю нахрена нам нужен Docker. Было же нормально: дедики, софт крутится, поднял да и положил. А тут маркетингом туфту какую-то впихивают, в итоге та же самая задача решается сложнее и дороже.

До заката катаем по Амстердаму: улицы, парки, Rijksmuseum, Eye Filmmuseum, тысячи музеев. Вечером Олег возвращается домой делать свои дела, я катаюсь по его району. На улице уже холодно и ветрено, проходит действие косяка, накапливается усталость от поезда в семь утра и активного дня в Амстердаме. После часа тупежа на лавочке возвращаюсь домой и покорно занимаю пустую комнату с матрасом. За стеной слышу громкий и грубый голос Олега. Речь идет о разводе и очередном раунде разговоров по душам.

Мне становится кринжово, меня накрывает тревожность. Букинг.ком, клик-клак, комната в отеле за сорок евро в сутки, check-in закрывается через час – отлично, берем.

– [Я]: Олег, мне у тебя некомфортно, поэтому забронировал отель и сейчас поеду туда – извини меня, пожалуйста

– [Олег]: Не надо извиняться, ты человек свободный – делай как тебе комфортно и как удобно

– [Я]: Спасибо, что понял. Давай тогда может завтра погуляем?

– [Олег]: Напишу тебе в телеграм

В телеграм Олег присылает пару статей о “треугольнике Карпмана”, обсуждаемый в контексте отношений. С Олегом так и не погуляем – уж слишком мы разные. Да и выйдет он через год из Вастрик.Клуба.

Покер

Идея написать книгу зародилась в Израиле. Пытаясь найти вписку в Тель-Авиве и Иерусалиме, я видел свой трип как некий farewell каучсерфингу, разговоры с хостами о том как хорошо было раньше и как больно наблюдать за смертью чего-то нам близкого.

Моего хост Исаак – коренной тельавивец, живущий в новостройке с кошкой Милки. Исаак пожил полгода в Берлине, безумно влюбился в город, но потом вернулся в Тель-Авив, потому что ему там было хорошо и комфортно. Работал десять лет в рекламной индустрии, устал от крысиных бегов, уволился и стал искать себя.

[Исаак]: Я проходил курсы по программированию на Python и, знаешь, у меня хорошо получалось. Но не могу сидеть за ноутбуком целый день, у меня СДВГ. Мне важно иметь контакт с людьми, общаться, договариваться.

Познакомившись, едем на самокатах пообедать в ресторан “Benedict”. Ресторан выглядит “дорого-богато”, его декорации напоминают мне о Москве. Нам подают бриошь и булочки с джемом по цене трех берлинских денеров. За трапезой обмениваемся болью: Исаак рассказывает о “прелестях” воинской службы в Израиле, я рассказываю о “прелестях” жизни в “демократической” России. Пообедав, расходимся по своим делам: Исаак едет играть с друзьями в покер, я еду к подруге, приехавшей в Израиль на месяц. Подруге сейчас тяжело, у нее конфликт с вписавшей ее коллегой – подруге надо срочно искать жилье. Я нужен своей подруге больше, чем своему хосту.

Лицом к лицу с Исааком больше не встретимся: я встаю рано и выхожу из квартиры в девять утра, Исаак приходит домой посреди ночи и просыпается ближе к полудню. Сейчас все доходы Исаака сводятся к покерным посиделкам.

Об этом, короче, Исаак просит меня не распространяться.

Шаббат

Давиду двадцать девять лет, работает в хай-тек фирме, параллельно учится на психолога. После армии Давид путешествовал по миру три года, пожил в Австралии и понял, что его родной Иерусалим – лучший город на этой планете. Давид является официальным послом кауча, впрягается в волонтерские движухи, помогает беженцам из Палестины. Давид из тех ребят, кто делает наш мир чуточку лучше.

Живет Давид в квартале Рехавиа, что считается средой обитания профессоров и интеллектуалов. В вотсапе Давид скидывает инструкцию как найти ключи от квартиры.

[Давид]: Чувствуй себя как дома: mi casa, tu casa

По факту это очередная история о том, как хост дает незнакомому серферу полный доступ с своему логову. Я и дверь в квартиру открываю, и диван в гостиной раскладываю, и белье постельное в шкафу нахожу. Давид мне за это всячески респектует, ему нравятся самостоятельные серферы. Помимо дивана, в гостиной у Давида рабочий стол и кухня. На кухне холодильник, на холодильнике открытки от каучсерферов. На кухонной панели две розетки. К первой подключен чайник, чайник греется постоянно, чтобы не включать его во время Шаббата. Ко второй подключена лампочка, чтобы во время Шаббата в доме был свет.

С Давидом лично встречаюсь лишь пару раз. Первый раз – во вторник в семь утра, когда он уезжал на свадьбу друга на север Израиля. Второй раз – в субботу утром в шаббат, когда он собирался на утреннюю службу в Синагогу.

– [Я]: Слушай, а с тобой можно в Шаббат разговаривать?

– [Давид]: Конечно! Почему нет?

– [Я]: Ну я не знаю как здесь у вас