Читаем Карта костей полностью

Прошло три дня после сражения, наши войска собрали тела павших, но мерзлая земля отказалась принимать мертвецов, да и времени на погребение не было. Обогнув холм, за которым мы укрывались во время атаки, я увидела груду тел: людей, лошадей. На снегу, как на карте смерти, красные линии показывали, как волокли трупы. Наши солдаты пытались их сжечь, но снег и мокрые дрова мешали кострам разгореться, и большинство тел лежали еще целыми. Снег не давал им разлагаться — как и гореть, — и в воздухе не чувствовалось прогорклого запаха гниения. Разливался лишь металлический аромат крови, перебиваемый смрадом обгорелой плоти. У кургана тел буквально в пяти метрах от нас замерла ободренная пиршеством лисица. Я старалась не смотреть на ее красную пасть.

— Саймон приказал сложить трупы здесь, — пояснила Зои. — Лучше ничего не придумали. А так и Синедрион не сможет использовать холм как прикрытие, если вздумает напасть на город.

В голове рефреном крутились слова Зака: «А что ты предлагаешь им в качестве альтернативы? Ты предлагаешь войну. Тысячи умрут».

Я не заметила тел, которые мы с Эльзой заворачивали в саваны.

— А где дети?

— Их кремируют. Инспектор хотел, чтобы их принесли сюда же, мол, сжигать их — пустая трата времени и горючего. Но Дудочник не согласился. Сейчас его солдаты собирают погребальные костры, но внутри — у северной стены.

Дудочник не раз спасал мне жизнь, но никогда я не чувствовала такой благодарности, как сейчас.

Следуя дальше, я старалась не оглядываться на непогребенных, однако снег в округе продолжал рассказывать о том, что произошло. Брызги крови рядом со сломанным мечом. Одинокий ботинок. Эльза сильнее вцепилась мне в талию, когда под копытами лошади хрустнул красный лед.

Наконец с облегчением я заметила первые обгоревшие стволы, пронзающие снег.

— Долго еще никто не придет сюда на пикник, — заметила Эльза, когда мы перешли опушку бывшего леса. — Вы двое действительно хорошо потрудились.

Лес — лишь начало обугленного следа, который я оставила на земле. Теперь еще полусожженные тела и те, кто погиб на Острове. Похоронили ли их солдаты Синедриона после резни, или мертвецы так и лежат во дворе, обнажая кости под небом? И трупы детей, завернутые в белое, сложенные в повозке, как свечи в ящике. Мой близнец это совершил, не я. Но они были связаны со мной так же неумолимо, как и он. Возможно, Зак не ошибся, когда назвал меня на дороге отравой. Трудно поспорить, учитывая, сколько смертей за мой тянулось. Я словно ходячий лазутчик мертвых земель рассыпала пепел на своем пути.

Дыхание Эльзы пахнуло теплом мне в ухо.

— Когда лес горел, несколько дней мы едва могли дышать из-за плотного дыма, хотя ветер дул с севера. Но пожар затормозил Синедрион. Огонь и протесты на рыночной площади смогли отвлечь солдат, и мы многим помогли бежать из города. По крайней мере кое-кому, кого разыскивал Синедрион по разным обвинениям, удалось уйти, когда начались беспорядки. — Она прижалась щекой к моей спине. — Увидев огонь, я поняла, что это вы с Кипом.

Мы долго искали дерево. Эльза направила нас к восточной стороне леса, но годы и огонь так изменили местность, что она не могла распознать обычные ориентиры. Спешившись, мы оставили лошадей охране и принялись бродить между черных пней и нескольких деревьев, которые выстояли в пламени.

В конце концов Эльза его обнаружила. Если бы небольшие деревья вокруг него не погибли в пожаре, целовальный дуб не выглядел бы так своеобразно. Теперь он стоял почти один — самое большое дерево, куда ни глянь. Как и окружающая растительность, оно обгорело, но толстый ствол так просто не спалить. Мы приблизились к нему, охранники встали кругом спинами к нам, чтобы следить за обстановкой.

Выжженная кора расщепилась мелкими угольками. Ствол казался огромным: даже втроем взявшись за руки, мы не смогли бы его обхватить. У основания я заметила полость — метра полтора в ширину и почти столько же в высоту. Наподобие пещеры, в которой могли улечься, плотно прижавшись друг к другу, два человека. Крона дерева выше двух метров сгорела и теперь округлую полость, оставшуюся без крыши, заваливал снег.

— Прости, — сказала я.

— Касс, моего мужа пытали, а затем казнили. Утопили детей, убили Нину. — Эльза пожала плечами и едва заметно покачала головой. — Сгоревшее дерево уже не может причинить мне боль.

Зои опустилась на четвереньки и заглянула в щель. Залезла внутрь и оставалась там несколько минут, исследуя пространство.

— Если Джо и оставил там хоть что-то, сейчас из-за вашего огненного шоу здесь этого нет. — Она отступила, отряхивая колени. — Если на полке что-то и было, то сплыло. Самой полки тоже нет. Все дерево обуглено: и снаружи, и внутри.

— Значит, придется копать. — Я встала на колени, понимая, что действовать придется только левой рукой.

Снег и верхний слой грязи поддались легко, но откопав слой сантиметра в четыре, мои ногти наткнулись за твердый промерзлый грунт.

Вздохнув, Эльза опустилась на колени рядом.