Читаем Измена полностью

С каолином мы работаем аж с Пердуновки. Есть слои прямо здесь, на Стрелке. Кальций - известняк. Который мы постоянно перерабатываем. А оксиды циркония - огромная песочница, ой, виноват: песчаники в Заволжье недалеко от Всеволжска. Про всё это я уже...

Нагрев Нернст поначалу решал огнём: спичкой или свечой. Затем поместил в стержень платиновую проволочку. При включении проволочка грела керамику, после автоматически отключалась. Нагрев - от полутора минут до получаса.

Лампа Нернста потребляет вдвое меньше энергии, чем лампа накаливания, её свет наиболее близок по спектру к солнечному. Свет такой сильный, что закрывают матовым стеклянным колпаком. Лампа накаливания без колбы не работает, а электролитной лампе колба нужна, в основном, для защиты от ветра. После перегорания спирали всю лампу накаливания только выбросить, в лампе Нернста - поднять защитное стекло и поменять сгоревший стержень.

Лампы с дугой между угольными электродами тоже не годны: нестабильность светящейся точки в пространстве. Электроды выгорают и нужна механика, которая будет их перемещать. Или "точка" смещается и делает невозможным применение с отражателем: уползла из фокуса.

Лампы Нерста в РИ продавали миллионами. Триумф твёрдого электролита длился 10 лет. В 1905 г. на рынок вышли первые лампочки с вольфрамовой нитью, которые могли гореть почти неограниченное время и - самое главное! - включались сразу. В 1909 г. выпуск ламп Нернста прекращён.

Платины для "стартёра", для разогревающей нити, у нас нет. И что? Не жить?

Из того же песочка, откуда выплавляем цирконий, получаем и двуокисть титана TiO2. Плавим с древесным углём. Получаем TiC. Классная вещь: сверхтвердый материал с серым оттенком, прочный и жаропрочный.

Пока чисто "алхимическое" производство: золотники из тигеля. Отработаем технологию, поставим нормальную печку: сырья вдоволь. А ещё есть сходное месторождение на юге, в мокшанских землях.

У этого титанового карбида температура плавления 3260╠150 °C. Можно и "лампочку Ильича" забабахать.

Именно так его и применяли в 1920-х годах: для нитей в лампах накаливания. Вольфрам дорог был.

Пока не нужно: вакуум делать тяжко.

Рабочая температура лампы Нернста - 1600 °C. А не 2200 °C, как у вольфрамовой нити. Срок службы - 400-700 часов. Не полтора часа у Яблочкова. И не у нас - у нас на порядок больше. Платины-то нет, перегорать нечему. Сила света в полторы-две сотни свечей получается без каких-либо наворотов.

Чего пока никто не знает: как будет вести себя эта штука в условиях непрерывной вибрации. Понятно, что плохо, но насколько? Лампочка Эдиссона с нитью накаливания из обожжённого японского бамбука сдохнет сразу - уголь при тряске рассыпается.

Я ж и говорю: "испытательная платформа". Лампа - один из десятков испытываемых элементов.

***

Как лампу поставили - сразу же пошли клички: "Одноглазый", "Кривой".

Как-то... негативно. Назвали "Циклоп". Хотя я предлагал "Царевна-лебедь". В смысле: "а во лбу звезда горит".

Увы, Пушкина здесь не знают. Гомера - тоже, но нежный женский образ для этого аппарата... не пошло.

Гомер был, похоже, древнегреческим гражданином славяно-китайского происхождения. Сумел объединить кровосущее насекомое ("клоп") с мировой энергией (ци - энергия, наполняющая Вселенную). "Ци-клоп" по-русски - энергичный сосун. Э... в смысле: энергетический вампир.

Что порадовало: хохмочки, которые Веселовскому пришлось вставлять в НКЛ с автомобильным бензиновым двигателем против замерзания - нам не надобны. Затопил топку - уже тепло. А минус 20 за бортом, на котором висят чугунные радиаторы, повышает КПД установки... драматически.

Я же говорил: у нас зима не "близко", у нас - регулярно. Глупо этим не пользоваться. Осенью затопи и раз в день пару поленьев подкинь. До весны.

Ничего нового: так КАМАЗы в Уренгое работали. Ночь, поле, ряды машин... и каждая - тук-тук, тук-тук. С ноября по май.

Ребята гоняют эту "испытательную платформу" вблизи Всеволжска по Оке и Волге. Всё что можно - ломается, всё что нельзя - ломается тоже. Я с горки благостно наблюдаю. Радуюсь.

Ума набираются! Прям видно как! Аж завидки берут.

Тут прорезается шпынь из-под печки. В смысле: по телеграфу.

Ой! Извиняюсь! Государь наш. Едрить его, короновать и помазывать. Андрей, извините за выражение, Боголюбский.

-- Езжай. В Полоцк.

-- Хто?! Я?!

-- Быстро. Хрень там. Разберись.

Воля государя. Итить его самодержавно. И ять - абсолютистически.

Ваня, ты хотел "абсолютную монархию"? - Сбылось. Теперь вставай на задние лапки и верноподданнически издавай уместные звуки типа "яволь герр супер-мега-квадро-херр!".

Понятно, что я со своими дерьмократичностью, либерастичностью и пофигичностью могу хоть кого, хоть и нашего, почти абсолютного и, вероятно, святомученического, послать. В далёкое пешее сексуальное... Но ведь потом и самому туда же идти придётся! Что бы оный абсолют там сыскать, вернуть, отмыть и заново абсолютизировать. И зачем мне этот смех?

С другой стороны: чего это - "вставай на задние лапки"? Эта команда для тех, кто на четвереньках бегает. А я-то - ого-го-го! - "хомо эректус".