Читаем Избранное полностью

В вечерний час за розой в сад спуститься.

Но спасена была – случается такое вдруг.

Отец с балкона девочку позвал – домой поторопиться.

Убийца девушку среди кустов почти догнал,

И задушить ее хотел – могло такое получиться.

Но музыкою запаха объятый, без сознания упал.

И злодеяние уж не могло свершиться.

На фабрике кипит работа – бесконечная страда,

Из тысяч лепестков вдруг появляются картины,

А Жан-Батист ждёт ночь – она ему мила,

Он новый запах ждет от девушки невинной.

В огромных баках варит он цветы,

При перегонке надо получать божественные капли,

Которые потом войдут в состав духов – они

Те долгожданные и маслянистые экстракты.

И половодьем неохватным паника росла,

То там, то здесь вдруг появлялись трупы

Красивых девушек – какая тайна здесь была.

Ломали голову в отчаяньи – вниз голову потупив.

По-прежнему стоял пустым тринадцатый флакон,

Наш парфюмер не мог его заполнить,

Как волк израненный, метался он,

Хотя был рад, что главный запах рядом, чтобы точно помнить.

Однажды он вошел в сарай и увидал веселую картину:

Там молодой рабочий с девушкой в любовь играл,

За ней по лестнице на сеновал, не удержался – больно спину.

Прелестница кричала, чтобы к ней не приставал.

Ну разозлился наш любовник молодой,

Ушел – не удалось схватить молодку,

Но лестница вдруг поднялась на сеновал, как бы сама собой,

И обнаружена назавтра страшная находка.

Собранье за собраньем – паника, бессилье, пустота.

И вдруг опять в стеклянной колбе плавает девчонка,

Задушена, убита, жиром смазанная в наготе она,

И стон, и плач родных в подвале преогромном.

Великий праздник – день рождения наступил

У дочери купца – красавицы Лауры.

И шумный рой гостей дворец заполонил:

Там не было того, кто был бы хмурым.

Всплеск фейерверком разорвал ночную тишину,

И что одна из девушек пропала-то, никто не замечает.

Она убита, ведь известно – почему.

С ее груди, лобка все запахи скребок снимает.

Красивое лицо и розовый сосок

Убийцу, ну, никак не привлекают,

От девушки ему лишь нужен прок,

Тот запах юности, который поражает.

Вот так для эфемерной цели убивал

Мильоны жизней Гитлер, Мао, Сталин.

И в сладострастной жажде тех убийств не замечал.

Значения не придавал кровавому следу, который он оставил.

От множества убитых во флакончике экстракт,

И капля каждая – погубленная жизнь, в нем беды.

Но не хватает капель – все не то, не так —

Не тот предел, который нужен для Победы.

Работая как проклятый, ночами он не спит,

Вся комнатушка в банках, склянках и экстрактах,

Над записями в мелких буквочках корпит,

Уже исписана десятая толстенная тетрадка.

А паника растет, вот в речке труп плывет,

Или в усадьбе у крестьянки труп находят,

Иль в поле средь лаванды – кто и как поймет.

Как очутились там, и в голову не входит.

Открыты арсеналы – у людей оружие в руках,

Ворота, окна забиваются отчайно,

Чтобы убийца не пробрался в дом впотьмах.

Очередную жертву не убил случайно.

И время шло, и глаз, повсюду глаз

Невидимо купеческую дочь сопровождал повсюду.

И не случайно встреча вдруг произошла,

Лаура уцелела проявлением божеского чуда.

Однажды вечером в огромнейшем саду

Ну, только на минутку разлучилася с подругой,

Дыханье на плече почувствовала – с криком в темноту,

Бедняжка побежала – подоспел отец, да не один, а с другом.

Убийцу скрыла бархатная ночи темнота,

Хотя переполох был во дворце ужасный.

Беспечность жизни, радость бытия ушла,

И даже солнца день стал больше не прекрасным.