Читаем Итоги № 42 (2013) полностью

Вот, например, что сообщил ходатаям занимавший тогда пост зампрефекта С. А. Юлин: «Плодоовощная база ЗАО «Новые Черемушки»... является предприятием городского значения, которое выполняет социальные программы по поставке продовольствия для предприятий социальной сферы». Для беспокойства, согласно мнению чиновника, не было никакого повода: «Руководство ЗАО «Новые Черемушки» совместно с отделом МВД по району Бирюлево Западное проводит... ежедневно ряд мероприятий». А именно — контролирует соблюдение миграционного законодательства и даже (цитируется по оригиналу) «проводит разъяснение с арендаторами».

Сегодня в префектуре, понятно, совершенно по-иному оценивают полезность овощебазы. Кстати, префект ЮАО Георгий Смолеевский тоже проявил чудеса прозорливости, уверенно заявив в начале прошлой недели, что база «будет закрыта по решению суда». Неизвестно, какие высшие силы подсказали ему исход разбирательства, но деятельность компании-оператора ЗАО «Новые Черемушки» приостановлена на 90 суток. И, судя по всему, вряд ли возобновится.

Что же изменилось за эти полтора года? Убийство Егора Щербакова заставило местные, городские и федеральные власти вдруг прозреть? Но мало ли убийств совершается в том же Бирюлеве? К тому же подозреваемый Орхан Зейналов вроде как не имел прямого отношения к злосчастной базе. Да пусть даже бы и имел. Представьте себе, что следствие нашло бы убийцу среди сотрудников автозавода. И что, завтра закрывать весь завод?

Причиной такой реакции вряд ли мог послужить даже «народный сход» — в первоначальной, мирной его фазе. Ликвидировать крупнейший в России плодоовощной оптовый рынок после не самого массового митинга? Не смешите! Кстати, это был уже второй по счету «сход» после убийства Егора Щербакова. Первая акция никаких видимых административных последствий не возымела. Потому-то и последовало продолжение.

Остается одно: на «просьбы трудящихся» власть откликнулась лишь тогда, когда вечер перестал быть томным и стал стремительно превращаться в «хрустальную ночь». Причем попытки устроить «акцию солидарности с народным восстанием в Бирюлеве» были отмечены в очень многих городах и весях.

Страх и ненависть

«У нас удовлетворяются лишь те ходатайства, которые заявляются на Манежной», — заметил в «Твиттере» один из сторонников Алексея Навального. На Манежной, помнится, прошли две стихийные акции, имевшие политический резонанс. 11 декабря 2010 года состоялся переросший в массовые беспорядки митинг футбольных фанатов и националистов. Причиной бунта послужили действия блюстителей закона, покрывавших, по мнению собравшихся, убийц Егора Свиридова. А 18 июля этого года там встретились сторонники Навального, протестовавшие против решения кировского суда, впаявшего оппозиционеру пять лет безусловного лишения свободы.

В обоих случаях «ходатайства» были удовлетворены. В первом — отпущенных было участников нападения на Свиридова и его товарищей вновь поймали и осудили. Ну а «эпизод-2» все тоже помнят: на следующий же день после несанкционированной акции Навальный был выпущен из тюрьмы и продолжил участие в кампании по выборам мэра. Совпадения? Но совпадение — это, как известно, непознанная закономерность, а тут познавать нечего: связь между судебными и политическими решениями является секретом Полишинеля.

Ничуть не хуже получилось у бирюлевцев. А до этого были вполне успешный пикалевский бунт (власть не допустила закрытия градообразующих предприятий) и митинги на Болотной и на Сахарова. Если рассматривать акции «За честные выборы» как попытку революции, то надо признать полный провал оной. Но если чуть понизить планку и считать «великие стояния» горожан просто «народными сходами», то Болотную следует переименовать в Триумфальную. Вспомним, что в России после этого в десять раз увеличилось количество зарегистрированных партий, что в политику вернулись выборы глав регионов, да и сами выборы, как признают даже наиболее непримиримые оппозиционеры, стали существенно честнее.

В каких-то ситуациях такую тактику можно, наверное, назвать гибкой: проблемы решаются, так сказать, по мере их поступления. Don't trouble trouble. Не буди лихо, пока оно... Но в случае с национальным вопросом этот подход совершенно не работает.

Во-первых, «лихо» уже давно и повсеместно бодрствует. Один «народный сход» за другим — Пугачев (Саратовская область), Санкт-Петербург, Удомля (Тверская область), Венев (Тульская область)... И всюду под номером один в списке требований идет «усиление борьбы с этнической преступностью».