Читаем Итоги № 38 (2012) полностью

— Мою суровость с товстоноговской не сравнить! Были случаи, когда он привозил в Ленинград ведущего артиста провинциального театра, можно сказать, звезду местного масштаба, даже со званием народного СССР. Человек начинал репетировать, а Георгий Александрович через неделю-другую говорил: «Знаете, вы нам не подходите. Если хотите, возвращайтесь обратно». А как это сделать, если актер уволился из старого театра, забрал оттуда трудовую книжку, поменял квартиру? Товстоногова такая проза не волновала. Нет, он не выгонял новичка на улицу, мог оставить в труппе, но терял к нему интерес, ролей не давал. Со временем человек уходил сам. Для Георгия Александровича профессия всегда стояла на первом месте и исключала возможность любых компромиссов. Для меня, к сожалению, все сложнее, с большинством артистов МДТ я связан с их юности целым комплексом отношений. Это не позволяет рубить по живому, хотя иногда, может, и надо бы… Жизнь — непростая штука, и причина художественных проблем порой находится в совершенно иных плоскостях. Кроме того, лишь кажется, будто в театре подчиненный зависит от начальника, зачастую все ровно наоборот. Режиссер доверяет актеру роль и в этот момент становится его заложником… У нас недавно была история с молодым артистом. Он проработал в театре два года, а потом женился на финке и уехал к ней жить. Вроде бы выпал один из самых маленьких и незаметных винтиков в механизме, заменить который не составит труда, а мы репетировали две недели, вводя в спектакли новых исполнителей и отлаживая связи на сцене… Если спросить того актера, он наверняка ответил бы, что совсем мало значил в жизни театра и его отъезда никто не заметил. А на поверку, видите, как… Станиславский когда-то писал, что не понимает, как могут быть два состава в одном спектакле: «Публика идет на Москвина, а ей подставляют Тарханова. Зритель плюнет и уйдет». Оба имени — великие, но для Константина Сергеевича они не были тождественны.

— А своей властью отменять спектакли вам случалось, Лев Абрамович?

— К сожалению. Много лет назад очень хороший актер оказался в неприемлемом состоянии, попросту говоря, совершенно пьян. Его не пустили на сцену. Пришлось вывесить объявление с извинениями перед зрителями… Расставаться с проработавшим в театре много лет человеком не хотелось, но он лишил нас выбора. С того момента минуло десять лет, а я помню все в мельчайших подробностях. Такие ситуации дорого мне обходятся, ужас воспоминаний идет по пятам долгие годы. К счастью, новое поколение в меньшей степени подвержено болезни под названием алкоголизм.

— Молодые меньше пьют?

— На мой взгляд, да. Здоровый образ жизни постепенно побеждает. К тому же торопливость, вызванная стремлением добиться всего и сразу, имеет не только отрицательные, но и положительные стороны. Она диктует обязанность поддерживать некую форму. Да и в кино, на ТВ царят суровые капиталистические условия: не справляешься, не тянешь, подводишь, ломаешь график — свободен, пошел вон! Возьмем другого, творчески, может, не менее талантливого, а физически более выносливого. В театре к кадрам относятся терпимее, до последнего надеясь: а вдруг человек одумается, придет в себя, вылечится, поймет? Я не говорю, что пьянство носит эпидемически-хронический характер, но определенные проблемы создает, а главное, оно плохо поддается воздействию, как и любая серьезная болезнь. Попробуйте научить глухого слышать… Однажды обнаружил, что мой студент, которого собирался брать в театр, пьет. Я отчаянно пытался что-то изменить, увещевал, объяснял, искал врачей, а паренек посмотрел на меня и сказал: «Лев Абрамович, ну что вы хотите? Я с третьего класса пью…»

— Помните у Райкина? «Пить, курить и говорить я начал одновременно…»