Читаем Источник полностью

Источник

"Hello, Peter," she said, as if she had seen him yesterday.	- Здравствуй, Питер, - сказала она так, словно они виделись только вчера.
She stood before him, too small, too thin for her clothes.	Она стояла перед ним в наряде, который был ей велик и в длину, и в ширину.
The short black skirt flared out from the slim band of her waist; the boyish shirt collar hung loosely, pulled to one side, revealing the knob of a thin collarbone; the sleeves were too long over the fragile hands.	Короткая чёрная юбка мешком свисала со стройной талии; воротничок блузки, явно широкий для её тонкой шеи, перекосился, обнажив холмик тонкой ключицы; хрупкие руки терялись в широченных рукавах.
She looked at him, her head bent to one side; her chestnut hair was gathered carelessly at the back of her neck, but it looked as though it were bobbed, standing, light and fuzzy, as a shapeless halo about her face.	Она смотрела на него, склонив голову набок. Её каштановые волосы были небрежно собраны в хвостик на затылке. Но ему показалось, что у неё модная короткая стрижка, а волосы образуют лёгкий волнистый нимб вокруг её лица.
Her eyes were gray, wide and nearsighted; her mouth smiled slowly, delicately, enchantingly, her lips glistening.	Глаза у неё были серые, большие, близорукие. Блестящие губы растянулись в неспешной, чарующей улыбке.
"Hello, Katie," he said.	- Привет, Кэти, - сказал он.
He felt at peace.	Он ощутил полный покой.
He felt he had nothing to fear, in this house or anywhere outside.	Ему нечего было бояться в этом доме, да и за его пределами.
He had prepared himself to explain how busy he'd been in New York; but explanations seemed irrelevant now.	Он был готов объясниться с ней, рассказать, что здесь, в Нью-Йорке, у него не выдалось ни одной свободной минутки, только все объяснения казались сейчас ненужными.
"Give me your hat," she said, "be careful of that chair, it's not very steady, we have better ones in the living room, come in."	- Давай мне шляпу, - сказала она, - и осторожнее с этим стулом, он не очень прочный. У нас в гостиной стулья получше, пойдём туда.
The living room, he noticed, was modest but somehow distinguished, and in surprisingly good taste.	Гостиная, как он заметил, была обставлена просто, но с необъяснимым изяществом и большим вкусом, чего он никак не ожидал.
He noticed the books; cheap shelves rising to the ceiling, loaded with precious volumes; the volumes stacked carelessly, actually being used.	Он обратил внимание на книги - недорогие стеллажи, поднимающиеся до самого потолка, были забиты ценнейшими изданиями. Книги стояли вразнобой, кое-как. Было видно, что здесь ими действительно пользуются.
He noticed, over a neat, shabby desk, a Rembrandt etching, stained and yellow, found, perhaps, in some junk shop by the eyes of a connoisseur who had never parted with it, though its price would have obviously been of help to him.	И ещё он заметил над убогим, но аккуратно прибранным письменным столом офорт Рембрандта, пожелтевший и покрытый пятнами, высмотренный, по всей вероятности, в лавке старьёвщика зорким знатоком, который ни за что не расстанется с этим сокровищем, хотя деньги, которые он мог за него выручить, явно бы ему не помешали.
He wondered what business her uncle could be in; he had never asked.	Питер задумался, чем же занимается дядя Кэтрин. Но этого вопроса так и не задал.