Читаем Истина полностью

Жизнь между тѣмъ шла своимъ чередомъ; мужественные труженики, исполнивъ свой общественный долгъ, уступали мѣсто своимъ дѣтямъ, которыя продолжали начатое дѣло. Маркъ и Женевьева, доживъ до семидесяти лѣтъ, удалились на покой, и начальная школа въ Жонвилѣ перешла въ руки ихъ сына Климента и его жены. Клименту было уже тридцать четыре года; онъ женился на Шарлоттѣ, дочери Гортензіи Савенъ; жена его тоже подготовилась къ званію учительницы; Климентъ былъ счастливъ принять на себя веденіе школы въ Жонвилѣ и продолжать дѣло, начатое отцомъ; такимъ образомъ одно поколѣніе за другимъ отдавали свои силы единственно полезному дѣлу воспитанія народа, довольствуясь скромнымъ удѣломъ сельскаго учителя. Миньо тоже покинулъ свою школу въ Морё и поселился въ Жонвилѣ по сосѣдству съ Маркомъ и Женевьевой; его замѣстилъ одинъ изъ прежнихъ учениковъ Сальвана. Такимъ образомъ въ Жонвилѣ составилась цѣлая дружеская колонія созидателей народнаго самосознанія, сѣятелей истины, поборниковъ справедливости; Сальванъ и мадемуазель Мазелинъ тоже находились въ Жонвилѣ и съ радостью въ сердцѣ слѣдили за процвѣтаніемъ дорогого имъ дѣла, которому они отдали лучшіе годы своей жизни. Бывшій учитель въ Мальбуа, Жули, былъ переведенъ въ Бомонъ, куда направился и Себастіанъ; каждый изъ нихъ получилъ въ свое завѣдываніе отдѣльную школу. Въ Мальбуа училище, гдѣ когда-то занимались Симонъ и Маркъ, перешло въ завѣдываніе Жозефа, сына Симона, и Луизы, дочери Марка. Имъ уже было подъ сорокъ лѣтъ, и ихъ сыну Франсуа, женатому на своей кузинѣ Терезѣ, дочери Себастіана и Сары, уже минуло двадцать два года; у нихъ родилась прелестная дѣвочка Роза, настоящій херувимъ. Жозефъ и Луиза рѣшили никогда не покидать Мальбуа и слегка посмѣивались надъ Себастіаномъ и Сарой, которымъ предстояла болѣе широкая дѣятельность; поговаривали о томъ, что Себастіанъ получитъ мѣсто директора нормальной школы и продолжитъ дѣло, начатое Сальваномъ, создавая новое поколѣніе разумныхъ и просвѣщенныхъ учителей. Франсуа и Тереза тоже занимались учительствомъ, чувствуя къ этому наслѣдственное призваніе; они получили назначеніе въ школу въ Дербекурѣ. Какое чудное зрѣлище представляли всѣ эти сѣятели разумнаго и честнаго знанія, когда собирались по воскресеньямъ въ Жонвилѣ вокругъ своихъ родоначальниковъ, Марка и Женевьевы, которые съ умиленіемъ любовались этими здоровыми, молодыми порослями, сознательно стремившимися къ великому свѣту истины. Изъ Бомона пріѣзжали Себастіанъ и Сара, изъ Мальбуа — Жозефъ и Луиза, изъ Дербекура — Франсуа и Тереза съ ихъ дочуркой Розой; въ Жонвилѣ ихъ встрѣчали Климентъ и Шарлотта, у которыхъ тоже была дѣвочка — Люсіенна — семи лѣтъ. Какой длинный столъ приходилось накрывать для этихъ четырехъ поколѣній, къ которымъ иногда присоединялись еще Сальванъ, мадемуазель Мазелинъ и Миньо; они весело бесѣдовали, поднимая бокалъ за полное уничтоженіе невѣжества, этого родоначальника всѣхъ пороковъ и рабства на землѣ!

Освободительное движеніе человѣчества происходило внезапными порывами, и одно свѣтлое явленіе слѣдовало за другимъ, наполняя радостью сердца людей, боровшихся за просвѣтительную свободу. Въ палатѣ состоялось рѣшеніе объ отдѣленіи церкви отъ государства, и милліоны, которые до той поры шли на поддержку конгрегаціонныхъ школъ, теперь предназначались на усиленіе средствъ свѣтской школы и на увеличеніе содержанія учителей. Ихъ положеніе сразу измѣнилось: школьный учитель уже не былъ жалкимъ наемнымъ слугой, презираемымъ крестьянами за свою бѣдность и безправіе; улучшеніе матеріальнаго благосостоянія сразу поставило его въ болѣе выгодное положеніе, наравнѣ съ прочими представителями гражданской общины. Самые вліятельные аббаты утратили значительную часть своей власти надъ мѣстнымъ населеніемъ, а ихъ безтактные поступки отвратили отъ церкви большинство прежнихъ ея вѣрныхъ слугъ. Особенно пострадалъ аббатъ Коньясъ, возбудившій своею нетерпимостью презрѣніе и ненависть прихожанъ. Онъ уже давно пересталъ посѣщать Морё, а въ Жонвилѣ его положеніе было въ высшей степени шатко.

Перейти на страницу:

Все книги серии Четвероевангелие

Похожие книги

Антон Райзер
Антон Райзер

Карл Филипп Мориц (1756–1793) – один из ключевых авторов немецкого Просвещения, зачинатель психологии как точной науки. «Он словно младший брат мой,» – с любовью писал о нем Гёте, взгляды которого на природу творчества подверглись существенному влиянию со стороны его младшего современника. «Антон Райзер» (закончен в 1790 году) – первый психологический роман в европейской литературе, несомненно, принадлежит к ее золотому фонду. Вымышленный герой повествования по сути – лишь маска автора, с редкой проницательностью описавшего экзистенциальные муки собственного взросления и поиски своего места во враждебном и равнодушном мире.Изданием этой книги восполняется досадный пробел, существовавший в представлении русского читателя о классической немецкой литературе XVIII века.

Карл Филипп Мориц

Проза / Классическая проза / Классическая проза XVII-XVIII веков / Европейская старинная литература / Древние книги
Вор
Вор

Леонид Леонов — один из выдающихся русских писателей, действительный член Академии паук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Романы «Соть», «Скутаревский», «Русский лес», «Дорога на океан» вошли в золотой фонд русской литературы. Роман «Вор» написан в 1927 году, в новой редакции Л. Леонона роман появился в 1959 году. В психологическом романе «Вор», воссоздана атмосфера нэпа, облик московской окраины 20-х годов, показан быт мещанства, уголовников, циркачей. Повествуя о судьбе бывшего красного командира Дмитрия Векшина, писатель ставит многие важные проблемы пореволюционной русской жизни.

Леонид Максимович Леонов , Виктор Александрович Потиевский , Меган Уэйлин Тернер , Яна Егорова , Роннат , Михаил Васильев

Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Фантастика / Романы
Тайная слава
Тайная слава

«Где-то существует совершенно иной мир, и его язык именуется поэзией», — писал Артур Мейчен (1863–1947) в одном из последних эссе, словно формулируя свое творческое кредо, ибо все произведения этого английского писателя проникнуты неизбывной ностальгией по иной реальности, принципиально несовместимой с современной материалистической цивилизацией. Со всей очевидностью свидетельствуя о полярной противоположности этих двух миров, настоящий том, в который вошли никогда раньше не публиковавшиеся на русском языке (за исключением «Трех самозванцев») повести и романы, является логическим продолжением изданного ранее в коллекции «Гримуар» сборника избранных произведений писателя «Сад Аваллона». Сразу оговоримся, редакция ставила своей целью представить А. Мейчена прежде всего как писателя-адепта, с 1889 г. инициированного в Храм Исиды-Урании Герметического ордена Золотой Зари, этим обстоятельством и продиктованы особенности данного состава, в основу которого положен отнюдь не хронологический принцип. Всегда черпавший вдохновение в традиционных кельтских культах, валлийских апокрифических преданиях и средневековой христианской мистике, А. Мейчен в своем творчестве столь последовательно воплощал герметическую орденскую символику Золотой Зари, что многих современников это приводило в недоумение, а «широкая читательская аудитория», шокированная странными произведениями, в которых слишком явственно слышны отголоски мрачных друидических ритуалов и проникнутых гностическим духом доктрин, считала их автора «непристойно мятежным». Впрочем, А. Мейчен, чье творчество являлось, по существу, тайным восстанием против современного мира, и не скрывал, что «вечный поиск неизведанного, изначально присущая человеку страсть, уводящая в бесконечность» заставляет его чувствовать себя в обществе «благоразумных» обывателей изгоем, одиноким странником, который «поднимает глаза к небу, напрягает зрение и вглядывается через океаны в поисках счастливых легендарных островов, в поисках Аваллона, где никогда не заходит солнце».

Артур Ллевелин Мэйчен

Классическая проза