Читаем Испанский гамбит полностью

Флорри горько помолчал, прежде чем выдавить из себя печальный ответ.

– Это адрес журнала «Зритель». Литературное ежеквартальное издание. Лучшее в своем роде.

Они никогда не принимали его стихов. Как и другие.

– Итак, вы сочиняете свои стихи, и это не мешает вам регулярно употреблять спиртное. В тот вечер вы тоже витали в поэтических высях, когда вдруг услышали крик. Вы бросились с веранды на шум и внезапно увидели тело. Таковы ваши показания. Я верно излагаю?

– Да, – подтвердил Флорри.

– И заметили чей-то бегущий силуэт. Было очень темно. Расстояние порядка тридцати футов, и все происходило довольно быстро. Э… скажем, на все эти события могло потребоваться не больше нескольких секунд. Я прав?

Молчание.

– Тем не менее вы узнали его. Пожалуйста, укажите на него сейчас.

Флорри поежился.

Проклятый туземец.

Два улыбающихся индуса сидели за столом защиты. Для Флорри они были на одно лицо. Будь проклят этот Гупта с его хитроумием!

Рука Флорри словно налилась свинцом.

«Нужно выбрать одного», – сказал он себе.

И тут внезапно ему на ум пришли строчки:

Конечно, это написал умница Джулиан. Строки из его поэмы «Ахилл, глупец», которая сделала его лондонской знаменитостью.

«Джулиан, за что? За что ты меня так обидел?»

Боль, так и не утихшая за эти пять лет, вновь накатила на Флорри, подобно запаху гнили.

«Выбери одного, – снова подумал он. – Не важно кого. Это всего лишь игра. Просто игра».

– Как я могу выбрать, – с внезапной ледяной холодностью процедил Флорри, – когда все они одинаковы?

На галерке послышался ропот. Со стороны англичан донесся чуть запоздалый смешок. Гупта в упор смотрел на Флорри, и взгляд его пылал ненавистью. Флорри не отвел глаз.

Бенни Лал в своем голубом одеянии сидел на три места дальше. Получив соответствующие наставления адвоката, он изо всех сил старался не улыбаться. Флорри на миг встретился с ним глазами и не прочел в его взгляде ничего.

Бенни Лал улыбнулся.

Спустя три недели после убийства У Бата Бенни Лала должны были повесить.

Флорри стоял в небольшой группе должностных лиц, собравшихся на грязноватом дворе тюрьмы. Избежать этой обязанности было невозможно. День стоял жаркий, душный, молодой человек чувствовал, как китель липнет к телу и капельки пота выступают на лбу под тропическим шлемом. Старое здание тюрьмы, представлявшее собой остов существовавшей здесь когда-то древней крепости, маячило перед глазами. Отхожее место располагалось рядом с плацем, и плотная вонь висела в воздухе.

– Видели когда-либо казнь, мистер Флорри? – поинтересовался Гупта.

Адвокат тоже явился, чтобы присутствовать при повешении. На его лице сияла та же широкая улыбка, с которой он выступал в зале суда.

– Нет. Не то событие, которое может вызвать любопытство.

– А-а, вот и он, – воскликнул Гупта. – Смотрите, мистер заместитель суперинтенданта полиции. Он перед вами, этот опасный и коварный, презренный негодяй Бенни Лал, заслуживший суровое возмездие.

Небольшая группа людей, только что возникшая в дверях тюрьмы, окружала Бенни. С надетыми на него наручниками индус медленно шел по направлению к виселице.

Внезапно Бенни Лал усмехнулся, и Флорри торопливо отвел глаза.

– Нельзя сказать, чтоб он особенно грустил, – заметил мистер Гупта.

– Слушайте, вы чертовски хладнокровны. – В голосе Флорри звучало гораздо больше волнения, чем ему хотелось бы. – В конце концов, он был вашим клиентом, а теперь ему отправляться к Создателю.

– Его создателем стала Британская империя, мистер заместитель суперинтенданта полиции, и она же его погубила.

Флорри пристально смотрел, как маленький человечек карабкается по ступеням на помост.

– Возможно, вы, мистер заместитель суперинтенданта полиции, когда-нибудь напишете об этом поэму. Ведь подумать только, как все это литературно: густая вонь, палящее солнце, невозмутимые чиновники, всему покорный Бенни Лал и ваше собственное глубокое равнодушие.

Он зло усмехнулся.

– Здесь и вы присутствуете, мистер Гупта.

– О, меня в поэму не вставить. Слишком незначительная деталь.

Палач набросил на голову Бенни Лала мешок. Тем же движением попытался ухватить петлю, но промахнулся. И тут Флорри увидел, что Бенни Лал услужливо наклоняет голову, чтобы облегчить палачу эту задачу.

– Бенни Лал, по законам империи за совершенное вами убийство вы приговариваетесь к смертной казни через повешение, – прокричал начальник тюрьмы предусмотренную церемонией фразу. – Ваше последнее слово.

Бенни с мешком на голове стоял молча. Затем вдруг начал всхлипывать.

– Пожалуйста, сэр. Ну, сэр, пожалуйста.

Костлявое тело индуса, отчетливо видимое в рамке виселицы, напряженно вытянулось, на шее вздулись жилы. Он рыдал.

– Пожалуйста, сэр. Я очень вас прошу. Сэр, я…

Веревка рывком дернулась вверх, и Бенни Лал не договорил.

– Поезжай, Бенни, – произнес Гупта.

Флорри, не отводя глаз от медленного маятника веревки, тяжело раскачивавшего тело, дал себе клятву никогда больше не служить империи.