Читаем Искусство обмана полностью

Рассказывая об обмане в истории, нельзя не коснуться такого явления, как лжецари и самозванцы. Историки могут привести множество примеров внезапного появления властителей-призраков, подлинность которых вызывала сомнения у их современников, а в более поздние времена служила источником головной боли и горячих споров историков.

Наверное, самым первым из известных науке лжецарей был маг Гаумата, обманом занявший престол персидского царя Камбиса. Он выдавал себя за сына Кира и брата персидского правителя. Как пишет Геродот, этот авантюрист за какую-то провинность в молодости лишился ушей и поэтому, став царем Персии, избегал появляться на людях. Его тайну раскрыла одна из его наложниц, которая ночью по совету своего отца ощупала голову спящего властелина. Отец девушки возглавил заговор, в результате которого самозванец был убит.

История Рима, в свою очередь, показывает нам достаточное количество императоров, самовольно присвоивших себе это почетное звание, наиболее знаменитыми из которых являются несколько лженеронов. В русской истории также обнаруживается огромное количество лжецарей: Лжедмитрии, Лжепетры, Лжеконстантины, лжедочери Елизаветы и т. д. А. С. Пушкин в свое время писал о пяти самозванцах, принимавших имя Лжепетра, а на сегодняшний день известно около сорока Лжепетров III. Почти все они выступали против Екатерины II, отобравшей в 1762 году престол у своего супруга Петра III. Самым известным из них, конечно же, был Емельян Пугачев. Интересно, что российские лжецари имеют по меньшей мере два отличительных признака. Во-первых, их больше, чем в других странах, а во-вторых, основной тип российского самозванца — это человек из народа, выступающий в интересах низов. Именно таким был бунт Пугачева, который выдавал себя за супруга царствующей императрицы.

В 1991 году, будучи делегатом Европейского конгресса любителей фантастики, проходившего в Кракове, я с большим интересом знакомился с достопримечательностями этого старинного города. На центральной площади Кракова, напротив древней башни городской ратуши, я обнаружил красивый четырехэтажный дом, увенчанный замысловатым парапетом в стиле Ренессанса. Именно в этом доме в 1605 году проживала дочь сандомирского воеводы Марина Мнишек вместе со своим супругом — русским царем, вошедшим в историю под именем Лжедмитрии. В отличие от других, менее удачливых претендентов на русский престол, этому самозванцу удалось какое-то время править нашей страной.

Происхождение и настоящее имя Лжедмитрия до сих пор окутано покровом тайны. Версия Годунова о том, что под этим именем скрывался беглый монах Гришка Отрепьев, была создана только для того, чтобы опорочить претендента на царский престол, и впоследствии была опровергнута большинством историков. Беглый монах Гришка Отрепьев и царь Лжедмитрии — два разных лица. С другой стороны, мало кто верил, что самозванец действительно был Дмитрием — спасшимся в Угличе от ножа наемного убийцы сыном Ивана Грозного. Вокруг личности данного человека возникло множество легенд и предположений, ни одна из которых не давала четкого ответа на все вопросы. После посещения дома Марины Мнишек в Кракове я заинтересовался этой историей, весьма скупо освещенной в наших учебниках, и решил узнать побольше о человеке, обманом захватившем русский трон и ввергнувшем мою страну в Смутное время. Кое-какие сведения о Лжедмитрии мне удалось обнаружить в Краковском музее, но самый интересный материал я нашел в статьях историка В. Русакова, опубликованных в журнале «Живописная Россия» за 1902 год.

М. Мнишек

Оказывается, существует весьма правдоподобная версия, что Лжедмитрии был незаконнорожденным сыном польского короля Стефана Батория. В. Русаков приводит ряд доводов в пользу данной гипотезы. В частности, он ссылается на С. М. Соловьева, «который полагал, что Самозванец, не будучи настоящим Дмитрием, все же не был и сознательным обманщиком, но обманут был сам и верил в свое царственное происхождение, в котором уверили его другие: бояре и враги Годуновых. Свое мнение Соловьев подкрепил указанием на то, что если бы Самозванец знал о своем обмане, то не действовал бы с такой уверенностью в своих правах. Подобное же мнение высказывает и Костомаров. К их мнению присоединяется и профессор Платонов, принимая за наиболее верное то, что Лжедмитрии верил в свое царственное происхождение и что он свое восшествие на престол считал делом вполне справедливым и честным. По мнению же профессора Голубовского, вся жизнь Лжедмитрия, все его действия, и как государя, и как человека, свидетельствуют о его искреннем убеждении в своем царственном происхождении; он верил, что он царский потомок». Польский историк Александр Гиршберг также считает, что самоуверенность Дмитрия могла быть результатом только глубокого убеждения в его высоком происхождении.

Лжедмитрии