Читаем Искусство обмана полностью

Претендовавшая на то, что она воплощает в себе рабочий класс и сам исторический прогресс, партия большевиков получила право на власть лишь постольку, поскольку ее оценки были верны. Ее власть основывалась на знании, которое обязательно должно быть непогрешимым. В действительности приходилось сообразовываться с поставленным партией диагнозом. Всякая не соответствующая ему история должна быть пересмотрена, так как любое сомнение, касающееся путей исторического прогресса, подрывало «линию» партии, да и само ее право на руководящую роль. Конечно же, за историей и за историками следовало теперь все время приглядывать». И далее Марк Ферро пишет, что под постоянным идеологическим давлением властей «…советские историки приобрели исключительную сноровку и профессиональные навыки. Они умеют писать таким двойственным стилем, что в тексте иной раз выражается мысль и ее прямая противоположность. На случай, если понадобится».

Я знал одного историка, профессора Н., который жил со мной в одном подъезде, только этажом выше. Ему патологически не везло со своей докторской диссертацией. Первый вариант ее он закончил к 1956 году, и, как водилось в те годы, она была пронизана восхвалением роли Сталина во всех значительных событиях. Пока она проходила аттестацию в ВАКе, грянул XX съезд с критикой культа личности, и диссертацию, естественно, вернули на доработку. Фактически ее пришлось переделывать заново, снова лезть в архивы и оценивать события уже исходя из реальной роли «вождя всех народов». На первое место вышел Никита Сергеевич Хрущев, покоритель космоса и целины, вдохновитель строительства коммунизма. Шесть лет историк Н. переделывал свою диссертацию, пока наконец в декабре 1963 года она не прошла защиту и не отправилась на утверждение в Москву. В ноябре 1964 года он должен был стать доктором наук, но грянул октябрьский пленум ЦК КПСС — и Хрущев полетел со всех постов… Целый год историк был в полной прострации, пока не взял себя в руки и не начал писать третий вариант диссертации, где уже все лавры доставались Л. И. Брежневу. На его счастье, Леонид Ильич правил достаточно долго, так что Н. стал-таки доктором науки профессором. Но чего это ему стоило!..

От обмана и фальсификации исторических событий следует отличать так называемую альтернативную историю. Исторический процесс неравномерен и изобилует критическими пунктами и узловыми точками. Что бы ни говорили марксисты о закономерности и объективности исторических событий, в них немалое место отводится и Его Величеству Случаю. Поэтому в какие-то моменты история может пойти так или этак. Цезарь мог подвернуть ногу и не перейти Рубикон; Наполеон мог не раз погибнуть от шальной пули в Италии, когда он лично поднимал бойцов в атаку; немцы во время Второй мировой войны так и не применили нервно-паралитические газы типа зарина, который мог переломить ситуацию; кроме Горбачева, в Политбюро в 1985 году был еще Романов, и приди он к власти — мы и поныне жили бы в СССР, и так далее… Изучение возможных, но несостоявшихся событий — не такое уж бессмысленное дело. Оно дает возможность историкам анализировать различные варианты развития исторического процесса, отсеивая случайности от закономерностей. Главное — сохранять объективность и не выдавать желаемое за действительное.

Интересно, что в настоящее время возникло и бурно развивается новое направление в фантастической литературе — так называемый турбореализм. Суть его — в конструировании альтернативной истории и анализе возможных, хотя и не случившихся вариантов исторического развития. Примером может служить роман Андрея Лазарчука «Иное небо».

События в нем происходят в наше время, только вот исторический фон их, мягко говоря, странный — Германия победила во Второй мировой войне, свободная от коммунистов Россия существует только за Уралом, а весь мир поделен между четырьмя сверхдержавами. А почему бы нет? Любой художник слова, а тем более писатель-фантаст вправе создавать какие угодно мыслимые миры, если они дают ему дополнительную возможность изучения человеческих душ. Опасность появляется только тогда, когда с обложек книг незаметно исчезает термин «фантастика», а реальность подменяется откровенным вымыслом.

На грани между наукой и выдумкой, например, находится книга В. С. Поликарпова «Если бы… Исторические версии», где автор разбирает варианты альтернативной истории. В своей книге он разбирает последствия различных неосуществившихся исторических сценариев, например, смерти Сталина не в 1953-м, а в 1960 году или смерти Ленина в 1939 году. Он, подобно В. Суворову, разбирает вариант нападения России на Германию и другие несбывшиеся варианты истории. Чего больше в его книге — научного анализа или беспочвенных фантазий, мне, не историку, судить трудно, но такая постановка вопроса превращает реальный и уже необратимый исторический процесс в зыбкое поле околонаучных спекуляций. То, что нормально проходит под заголовком «научная фантастика», смотрится довольно странно с позиций классической науки.