– Это всего лишь за тридцать лет до моего рождения, – сказала Лили, указав на фотографию старой ветхой хижины, на крыльце которой выстроилось изможденное, явно побитое жизнью семейство. Внизу на снимке была надпись: «Июнь 1935 года». – Меня тоже можно сдать в этот музей экспонатом.

– Однажды я видела тигра, – сказала Адри. – В Майами, на передвижной научно-популярной выставке. Даже тогда они казались пришельцами из какого-то другого мира. В смысле, неужели они настоящие? Неужели они существуют на самом деле… такие могучие и странные?

Теперь тигры не жили в дикой природе. Похоже, теперь никто не жил в дикой природе. Лили кивнула, хотя и не очень поняла, что пыталась сказать Адри.

– Это даже забавно, – наконец проговорила Лили.

– Что?

– Ну, тебе никто не нравится. Но ты так сильно переживаешь о том, что случилось с этими людьми, которых ты даже не знаешь, о которых прочла в старых письмах.

– Просто меня бесит незавершенность. Я люблю доводить начатое до конца.

Но Лили этот ответ не удовлетворил.

– Как ты думаешь, почему так получилось, что ты любишь этих людей, которых даже не знаешь?

Адри покачала головой:

– Я их не люблю. Просто мне любопытно.

Лили пожала плечами. Когда они выходили из зала, она небрежно проговорила:

– Может быть, это все потому, что для них ты невидима. Может, поэтому ты и впустила их в сердце. – Уже на выходе она постучала по стене, словно на удачу. – Так меньше страшно.

– Ага, – отозвалась Адри. – Тебе кто-нибудь говорил, что ты не древний оракул, а просто очень на него похожа?

Лили рассмеялась.

Они прошли по длинному коридору в ту часть здания, где хранились записи. Адри заполнила длинный бланк, указав, кого именно она ищет:

Ваш адрес: Ханаан, Джерико-роуд 268, KS 67124

О ком ищете информацию:

Кэтрин Годспид, Бизи Годспид, Бет Эббот Годспид

Временной промежуток: 1934–1940

Последнее известное местоположение человека (людей): Ханаан, Канзас

Когда она принесла бумагу мужчине за главной стойкой, тот лишь мельком взглянул на нее и улыбнулся.

– Хорошо. Если что-то найдется, мы дадим вам знать.

– Вы хотите сказать, что сегодня я ничего не увижу? – уныло спросила Адри.

Он покачал головой.

– Некоторые документы хранятся в запасниках, потому что здесь просто нет места. Мы с вами свяжемся, если что-то найдем. Если в течение шести недель от нас не будет никаких новостей, это значит, что мы не нашли ничего, что подходит под ваш запрос. Но мы в любом случае вышлем почтой квитанцию для подтверждения.

– Шесть недель? – К тому времени ее уже здесь не будет. – Слушайте, я же не прошу вас найти останки Амелии Эрхарт, я ищу старые записи, которые уже и так есть в архиве. – Поймав на себе пристальный взгляд Лили, Адри добавила: – Сэр.

Мужчину это не тронуло.

– Извините мою кузину, – сказала Лили. – Она сирота. Из Флориды. Ее воспитали дельфины.

Вернувшись в машину, Лили растерянно огляделась по сторонам.

– Зачем мы сюда приезжали? – спросила она.

Адри озадаченно нахмурилась.

– Мы искали сведения о Годспидах, ты забыла?

– Ой, точно, – сказала Лили. Но было ясно, что она лишь притворилась, будто вспомнила.

Глава 7

В канун Рождества Адри нашла Лили в кухне, где та нанизывала на нитку попкорн, за окном у нее за спиной падал снег, а сама она выглядела потерянной и одинокой. Адри встала в дверях, наблюдая за ней. Она попыталась представить себе, насколько другой стала бы ее жизнь, если бы она решила остаться – как все могло бы сложиться еще через пять или десять канунов Рождества.

– Хочешь, сегодня посидим вдвоем? – спросила она. И вовсе не потому, что ей было жалко Лили, а потому, что Лили ей нравилась, и ей хотелось побыть с ней подольше.

Лили удивленно взглянула на Адри и вся просияла.

– Было бы замечательно.

Они смотрели старые фильмы. Адри растопила дровяную печку, и они обе сидели, накрывшись одним большим пледом.

– У нас пижамная вечеринка, – объявила Лили. Она периодически вставала, чтобы взять лимонад или тарелку с мороженым. Она была слишком взволнована, и ей не сиделось на месте.

Лили еще днем заставила Адри открыть три рождественских подарка: это были две керамические фигурки, которые Лили раскрасила вместе с Кэрол в кружке прикладного искусства, и электрическая гирлянда на елку.

– Ты купила мне рождественскую гирлянду, – сказала Адри. У нее не было никакого ответного подарка для Лили.

Лили секунду разглядывала гирлянду, потом подняла руки ладонями вверх.

– Ну, это же здорово, когда есть что развернуть, разве нет?

Она отобрала у Адри гирлянду и повесила ее на елку.

– Я не знаю. Столько пластмассы. Зачем тратить деньги на вещи, которые только засоряют планету? – Адри не смогла промолчать.

– Ты могла бы просто сказать «спасибо».

– А ты могла бы быть экономнее, – сухо ответила Адри. Но у нее в горле встал ком, и какое-то время они обе сидели молча.

– Адри, я люблю тебя даже тогда, когда ты меня осуждаешь, – сказала Лили и закинула в рот очередную пригоршню попкорна.