Она не могла объяснить, почему у нее было так тяжело на сердце. Какая ей разница, умерли Кэтрин с Бизи из-за пыли или естественной смертью пятьдесят лет спустя? Они все умерли так давно, что даже их внуки и то уже были мертвы.

С чего бы ей горевать по людям, которых она даже не знала?

Глава 5

В первую половину ноября небо сделалось синевато-серым. Поездки Адри в Уичито давно превратились в рутину, и она все сильнее и сильнее переживала из-за приближавшейся встречи с Ламонтом. Ей хотелось уверенности в том, что он подпишет контракт и что она сама тоже его подпишет.

В эти ноябрьские недели в Канзасе было так холодно, что мороз пробирал до костей, и ветер хлестал, как безумный, но Адри старалась радоваться и непогоде. Потому что уже очень скоро никакой непогоды не будет.

Под купалом на Марсе нет времен года; там всегда идеальные двадцать два градуса. Теперь каждый день, ровно в полдень, Адри смешивала себе «Оптимальный протеиновый коктейль» и начала принимать новые пищевые добавки, которые ей прописали за сорок пять дней до старта.

Дважды в день, въезжая в город и возвращаясь домой, Адри проезжала мимо архивов Уичито, но ни разу не остановилась.

На следующий день после Дня благодарения (индейка с пюре, напечатанные на пищевом принтере и съеденные перед дровяной печкой) Лили спустилась по шаткой лестнице с чердака, прижимая к груди охапку маленьких пластиковых ангелов.

– Я забыла, что они у меня есть! Купила их во «Все по доллару». Они были такие дешевые, что я взяла сразу двадцать, – сказала она. – Санта-Клаус уже идет, а я еще не готова.

– Сейчас только ноябрь, – заметила Адри. В начале месяца они выстлали сарай Галапагосы свежим теплым сеном и включили электрический обогреватель. Лили уже поставила в библиотеке худосочную елочку, а ясли с младенцем Иисусом расположились, как она выразилась, «на почетном месте». – И еще я читала, что Санта-Клауса не существует, – добавила Адри.

– Думается, эти слухи распространяет Гринч, – сказала Лили и снова пошла вверх по лестнице.

– Ты уже старая лазить по чердакам, – Адри посмотрела на ноги Лили. – У тебя хрупкие кости. Если ты упадешь, то наверняка что-то себе сломаешь.

Лили как будто ее не услышала.

Адри читала, сидя на диване в гостиной. Через какое-то время Лили спустилась уже окончательно, громко хлопнув чердачной дверью. Ее седые волосы были взлохмачены, рубашка собралась складками и сбилась на одну сторону.

– Бесполезно, – сказала Лили.

– Что, упорствовать во лжи о толстом бородатом дядьке в красной одежде?

Лили закатила глаза.

– Меня давно уже не увлекает вся эта рождественская суета, умница ты моя. Я просто хотела проверить, вдруг там есть что-то, что могло бы нам помочь. – Она одернула рубашку и пригладила волосы. – Узнать что-то о доме, о тех девчонках из писем, которые ты нашла. Но боюсь, у меня для тебя ничего нет. Похоже, на это Рождество ты опять не получишь подарок от Санты.

– Ничего, я привыкла. Я никогда еще не попадала в список послушных детей, – отозвалась Адри. – Мы и так уже знаем, что нужно знать. Они умерли. Вот и все.

Лили вздохнула и уселась на диван. Она покачала головой.

– Я все думаю, я должна тебе что-то сказать. Об этом парке развлечений, «Шурум-бурум». Но каждый раз воспоминание ускользает раньше, чем я успеваю сформулировать мысль. – Она сердито тряхнула головой и огляделась по сторонам. – Тебе никогда не хотелось заглянуть внутрь вещей, прозреть их до самых костей? Вглядеться в дом, или поле, или дерево и узнать все их секреты?

– У деревьев нет костей, – сказала Адри, но Лили продолжала, пропустив ее замечание мимо ушей: – Я могла бы подробно тебе описать мои любимые резиновые сапоги, которые я носила в четыре года. Я их вижу, как если бы надевала вчера. Но я столько всего забыла. Наверное, я сейчас как мой дедушка. – Лили это одновременно и забавляло, и приводило в отчаяние. – Все время в растерянности.

Адри знала, что ей надо взять Лили за руку, в знак поддержки. Она сжала пальцы, но не сдвинула руку.

– Что ж, самое главное, я знаю: мои ангелы-хранители за мной наблюдают, – сказала Лили и вдруг просияла, словно эти слова навели ее на мысль. – Хочешь посмотреть, где я буду жить? Когда мой мозг в конце концов… – Лили жестами изобразила взрыв.

Дом престарелых «Христос Спаситель» располагался в богом забытом месте, на окраине соседнего городка и с виду напоминал небольшой торговый центр. Его территория площадью в два акра была огорожена высокой бетонной стеной.

– Чтобы мы, сумасшедшие, не разбредались по округе, – пояснила Лили, когда они вошли в ворота.

Внутри царила оживленная суета. В комнате справа шла игра в бинго, в другой большой комнате женщина слушала музыкальные записи. В этом доме престарелых было больше людей, чем Адри видела с тех пор, как приехала в Ханаан.

– Мои сообщники по разрушению Земли, – сказала Лили, подмигнув Адри, пока они смотрели, как игроки двигают по столу фишки. Две женщины, седые и сгорбленные, сидели за столом, держась за руки. Одна читала другой вслух.