Читаем Иные миры, иные времена полностью

Дэвидсон в одно краткое мгновение, когда нож еще был в полете, принял единственно правильное решение.

Скорее всего, Немой Джо тоже был землянином, отбывающим свой пятилетний срок на Мондарране. Значит, совсем не обязательно скрывать от него свои возможности, совсем не обязательно дать ножу вонзиться в свою грудь…

Дэвидсон заставил нож воткнуться по рукоятку в землю прямо у своих ног. Наклонившись, он поднял его и перевел взгляд на Немого Джо.

— Ты… ты отбросил его, — в изумлении выдавил из себя бродяга. — Так ты не шпион!

Дэвидсон улыбнулся: — Нет, я эсего лишь телекинетик. А ты пиротик.

Постепенно улыбка расползлась по небритому лицу Джо. Oн шагнул к Дэвидсону и пожал ему руку:

— Ты настоящий землянин, — полушепотом восторженно проговорил он.

— А ты сам?

— Тоже. Я здесь уже три года, и ты первый, с кем я заговорил. Всех других, кого я здесь знал, уже сожгли.

— ВСЕХ? — переспросил Дэвидсон.

— Не совсем в смысле этого слова. Фонд теряет не так уж много людей, как можно подумать. Но те, в ком я был уверен — их поджарили. К остальным я просто побоялся приблизиться. Ты — первый, хотя первым увидел меня именно ты. Мне следовало быть более осторожным. Но здесь никто не бывает, кроме меня.

— И еще одного сумасшедшего землянина.

Он не осмелился побольше пообщаться с Немым Джо — чье настоящее имя на Земле было Джозеф Фланаган.

За время нх короткого разговора в лесу Дэвидсону открылась одна истина. Очевидно, множество землян, высланных сюда, в эти миры, принимали обличье бродяг, нищих; ходили кривой походкой, выкатывали глаза, причем никогда подолгу не оставались на одном и том же месте, никогда не грея руки над одним костром слишком долго.

В любое время они могли укрыться где-нибудь в лесу и дать выход своей энергии. Неважно, где именно, важно другое: никто их не видел, никто не считал их за колдунов. Это был великолепный камуфляж.

— Мне пора идти, — наконец сказал Джо. — Даже здесь небезопасно, а я хочу как-нибудь протянуть свои два оставшихся года. Боже, как приятно регулярно принимать ванну!

Дэвидсон усмехнулся: — Все это ценишь, похоже, только здесь, в таких вот условиях.

— Это наиболее легкий выход, — ответил Фланаган. — Можно головой биться о стену все время. Я пытался жить в деревнях, как и ты, и знаешь, сломался буквально за месяц, даже меньше. Ты не сможешь снизойти до их уровня и выжить. Надо быть НИЖЕ их уровня, там, где они не ожидают увидеть волшебства. Лишь тогда тебя оставят в покое.

Дэвидсон в согласии кивал.

— Да, это, пожалуй, так и есть.

— А сейчас я пойду, — сказал Фланаган. Он расслабил мышцы, лицо его вновь приобрело идиотское выражение и, даже не попрощавшись, он заковылял в глубь леса. Некоторое время Дэвидсон стоял, глядя ему вслед, затем повернулся и пошел обратно тем путем, которым шел сюда.

Наконец ему известен ответ, думал он, Но ко времени, когда он вышел из леса под жаркие солнечные лучи, такой уверенности уже не было. Однажды Кечни сказал ему; «ТЫ ТОЛЬКО НЕ УБЕГАй».

Он тогда не пояснил смысл своих слов — но Дэвидсону теперь было понятно, что имелось в виду.

Немой Джо Фланаган протянет свои пять лет с минимальными трудностями, и по возвращении на Землю, конечно же, получит лицензию и станет членом Фонда.

Но полностью ли он завершит свою миссию? Не совсем, сказал себе Дэвидсон. Невозможно всегда притворяться нищим бродягой; когда-нибудь и где-нибудь ему понадобиться быть равноправным членом общества, и тогда пять лет притворства сослужат плохую службу Джо Фланагану.

Должен быть еще какой-то путь, мучительно думал Дэвидсон. Другой способ прожить пять лет, не зарывая голову в песок подобно страусу. Другой выход, который позволит ему вернуться невредимым в общество или же жить в обычном мире и сохранять полный контроль над собой.

Он шел через поле. Невдалеке семейство Райнхартов заканчивало очередной ряд. Был полдень, значит, скоро они прервут работу, чтобы пообедать. Вот Дирк Райнхарт как всегда первым закончил борозду, высыпал бобы в кузов прицепа, и прежде чем Дэвидсон вошел в зону слышимости, остальные сделали то же самое и начали устраиваться на отдых после тяжелой утренней работы.

— Смотрите-ка, кто вернулся! — крикнула Джани, когда Дэвидсон уже приблизился к ним. — Как утренняя прогулка?

— Я много думал, Джани, — мягко. проговорил Дэвидсон. — Свое я отработаю в воскресенье.

Подошел Райнхарт-старший. Улыбаясь, он спросил:

— Ну как, все уладили, молодой человек? Надеюсь, что так — работа ждет нас.

— Да, да, я буду с вами после обеда. — Ои сомкнул губы, не слушая, что они говорили ему, а только no-прежнему мучительно думая над тем, где же он пролегает, этот путь.

— Эй, смотрите на меня, — донесся до них откуда-то сзади тонкий голосок.

— Брось сейчас же, — грозно приказал Дирк Райккарт, — и слезай оттуда побыстрее, пока не сломал себе шею.

Дэвидсон обернулся и увидел Бастера, стоящего на борту прицепа и энергично жонглирующего зелеными стручками бобов.

— Смотрите на меня, — вновь крикнул тот, вне себя от гордости за свою сноровку.

Минутой позже он потерял контроль над стручками.